Странник

Клодиос Сирус знал, как поднять интерес к завтрашним играм.

—  Я продержусь больше, чем один день, — твер­до сказала Мария. — В любом случае один из нас обязан уйти оттуда свободным.

—   Желаю удачи, — философски сказал Трейси, располагаясь рядом с ними. — Хотя не думаю, что я должен был бы тебе это желать.

—    Почему нет?

—   Я здесь до самой смерти.

—   Ты будешь сражаться?

Трейси окунул хвост своего омара в чесночный соус.

—   О да. Клодиос проследит за этим. Он поместил меня сюда. И он желает увидеть, как я отсюда уйду. Но не через ворота для живых. Я должен быть мер­твым мясом.

—   За что Клодиос упрятал тебя сюда? — с лю­бопытством спросил рыжеволосый Руфий.

—  Ах, ты можешь узнать это у любого нищего. Моя вина лишь в том, что мой отец был слишком богат.

—    Но в этом не может быть вины, — заметил Марселий, но Трейси грустно улыбнулся.

—   Не говори загадками, — сказала Паулина.

—  Мой отец умер, и я стал очень богат. Конечно, не настолько, как Клодиос Сирус, богаче которого нет.

Трейси с помощью своей cocleare извлек кусок мяса из-под панциря омара.

—   И который всегда хочет стать еще богаче.

‘ Он управлялся с омаром, как профессионал с оружием.

—     Клодиос обвинил меня в том, что я отравил своего отца. Он вел дело, как и было положено. Заве­щание было оспорено, и поместье ушло в казну им­перии. Клодиос, внесший столь значительный вклад в экономику Рима, естественно, получил свою долю. А меня сделали гладиатором, чтобы я сражался здесь до самой смерти. Ведь сильные мира сего всегда правы.

—   Этого бы не случилось, если бы ты был одним из «Детей Иешуа», — четко произнесла Мария. — Мы сражаемся по принципу: все за одного и один’ за всех. У нас нет постоянного ранга или положения. Нет богатых и бедных. Нет рабов и рабовладельцев.

—     Но вы все еще здесь, как и я, — печально ответил Трейси.

—   Когда мы умрем, то попадем прямо в Рай. По­тому что здесь мы боремся с рабами Сатаны, который совратил мир. Иисус, наш Владыка, пожалует нас самой высокой наградой, и мы будем с ним.

Трейси внимательно посмотрел на Руфия.