Странник

Воздух звенел от криков профессиональных инструкторов первого и второго уровня.

Мария стояла рядом с другими «Детьми Иешуа». Толстяк Клодиос, глава магистрата, каким-то обра­зом узнал, кто из них был посвящен, кто обладал знаниями о боге и опытом владения оружием. Он отделил их от основной группы, и вот они здесь, вынуждены слушать злобного худого юношу с урод­ливым красным шрамом, пересекающим всю руку и убегающим под тунику. Где были остальные прихо­жане и новички вроде Бландины, она не знала. Напряжение усиливалось, ее контуженная голова словно раскалывалась.

—    Hordearii. Ячменные люди. Это из-за пищи, чтобы придать вам силы.

Очень худой и истощенный человек издал еле слышный возглас радости.

—    О да! Очень много еды. И самой лучшей. Ты выглядишь как надо, Прискус, — сказал он, и улыбка страха обезобразила лицо юноши. — У нас есть и другие имена… Вы все верующие, я надеюсь? Вы примете участие в религиозном действе. Правда. Вы должны будете убить друг друга не просто так, но ради душ мертвых. Bustuarii — вот наше другое имя. Похоронная команда. Для нас или для кого ни будь еще.

Юноша иронично улыбнулся.

—    Это munus — служение мертвым. — Он бро­сил взгляд через площадь, предчувствуя приближе­ние чего-то важного.

—   А вот и священники.

Пленники обернулись и увидели двух мужчин, приближающихся к ним по красной, залитой солн­цем земле.

—   Кое-кто из вас может знать толстяка. Может, это он послал вас сюда. Это — Клодиос Сирус, главный землевладелец, глава магистрата и первое дерьмо в этом краю. Он служит своим хозяевам — римлянам. Другой — Фестий. Гноящийся Фестий. В настоящее время мы все принадлежим ему. Он — наш мясник. Позвольте мне сказать, что все мы здесь должны исполнять его приказания. У нас нет никаких прав, никакой власти. Мы рабы, которых он покупает. Среди нас — бродяги, найденные на улицах, истощенные и голодные — вроде Прискуса. Или преступники, присланные Клодиосом, вроде вас и «Детей Иешуа». Или я, например. Из хорошей, но разорившейся семьи. Меня зовут Трейси. И я такой же, как и вы — неудачник. И все мы здесь, где Фестий может сделать с нами все, что пожелает.

Двое сильных мира сего подошли ближе, и Трей­си повернулся к ним.