Странник

Когда все отошли от Блондины, невесты, Паули­на закрыла их глаза повязками, и они стояли около алтаря в потоке клубящегося света. Марселий подо­шел к алтарю в тот момент, когда прихожане поло­жили Бландину на алтарь.

— Oremus, — повелел он. — Помолимся!

Паулина сняла с Марселия одежды. Прихожане так же, как и Марселий, обнажились, Паулина на­тирала его святым маслом, когда почувствовала, как. дух Иисуса неистово устремился к его лону. Она поместила причастие из трав и меда между бедер Блондины, и Марселий наклонился, чтобы вкусить это причастие. Он пришел к ней в образе мужчины. И с ними был Господь.

Я есть мир.

И война пришла из-за меня.

Под сильным напором дверь была сорвана с пе­тель, и солдаты заполнили храм. Единственным че­ловеком, кто оставался на ногах и без повязки на глазах, была Мария, потому что она пела, пока другие предавались молитве. В полной темноте она подхватила Мантию Славы, которая лежала рядом с алтарем. Взяв святые церковные записи из алькова, женщина поспешила в ризницу, где хранились одеж­ды, причастие и святые настои. Дверь за ней захлоп­нулась, но она слышала громкие команды и удары.

Давным-давно, на всякий случай, в каменном полу был сделан тайник. Железный ключ просколь­знул в скважину. Она со скрипом повернула его. Тайник открылся. Мария, не задумываясь, быстро бросила в сухое каменное пространство всю церковную утварь и платье со звенящими колокольчиками. И поспешила закрыть тайник и запрятать в секрет­ное место ключ. За дверью слышались крики,, сто­ны, шум борьбы. Она отбросила ставень и выпрыг­нула из окна. Ослепнув от внезапного солнечного света, Мария услышала взрыв, который высоко подбросил ее, но видеть его она уже не могла.

— Вы hordearii, — сказал юноша,, стоящий во главе группы. — Ячменные люди — вот вам назва­ние!Они стояли на площади, недалеко от гладиатор­ских бараков. Прямо за их спиной были сам амфи­театр, а камеры, где они провели ночь, были час­тью комплекса, прилегающего к арене. На этой площади бойцы тренировались. Новички использо­вали деревянные мечи и длинные стеки, отрабаты­вая свои удары на соломенных чучелах; более опыт­ные сражались в спарринге, но все еще с учебным оружием. Гладиаторы очень высоко ценились, и им нельзя было причинять вред до того, как они вый-’ дут на арену перед зрителями.