Странник

Мы — пневматики, мы — чис­тый дух. Тебя удивило, что сегодня я епископ-. В Церкви «Детей Иешуа», когда собираются все те, кто посвящен и является детьми Отца и Матери, обладающими харизматическим даром приобщения, к Чистому Духу, мы делимся на группы. Одна груп­па решает, кто будет исполнять обязанности свя­щенника в этот день, другая — кто будет отправ­лять таинство причастия в качестве епископа, тре­тья — кто будет читать рукописи для прихожан, а четвертые избирают проповедника, который будет нести волю Божию, движимый Духом.

—   Дьявольское изобретение, — прошипел Ире­наус. — Ради Бога, скажите мне — чему это может служить?

—   Не самую последнюю роль здесь играет наше желание не быть похожими на вас! — сказал второй юноша, Марселий, назначенный на сегодня свя­щенником. — Будучи инструментами Божией воли, мы все имеем равные возможности, равное участие и равные знания. Нам все равно, кто перед нами — новички нашей Церкви или те, кто уже много лет посвятил ей. Мы не делаем различий между мужчи­нами и женщинами, между профессиональным ду­ховенством и теми, кого вы называете мирянами. Так как наши роли каждый день меняются, никакая иерархия образоваться не может — отсутствует фик­сированный порядок в духовенстве.

Губы Иренауса напряглись.

—   Все равно во всем этом я не вижу никакого смысла.

—   Но почему? Неужели это настолько непонят­но? Разве ты не хочешь стать епископом? Разве тогда ты не будешь монархом, единым правителем? И, когда ты им станешь, разве ты не будешь требовать строгой дисциплины и суда над теми, кто стоит ниже тебя? Ты ведешь себя так, как будто получил власть прямо от Бога. Но мы считаем, что такие, как ты, — это просто канал без воды.

В который раз гнев накатил на Иренауса.

—   Я не мечтаю ни о чем, кроме служению Гос­поду, — прошипел он. — Однако вы правы в том, что я получил свою власть прямо от Бога, посколь­ку я — представитель римской Церкви, которая была основана Петром — краеугольным «камнем» Церкви, хранителем ключей, назначенным самим Иисусом.

—  Не совсем так, — сказала черноволосая девуш­ка, тряхнув головой. — Мы — дети Отца и Матери. У истоков нашей веры — Мария, жена и главный, апостол Иисуса.