Странник

Этот домик вполне сгодится для од­ного из его любимых мальчиков.

Тигиллиний сунул палец в рот и начал ковы­ряться в зубах. Он вытащил на кончике ногтя кусо­чек мяса и стряхнул его прямо на пол террасы.

—    Если ты не говорил с Буррием или с Сене­кой, — упрямо заявил Савл, — тогда я обязан сказать тебе то, что тебе необходимо знать. Ты не можешь так просто от меня избавиться. Я очень нужен императору.’

—     Нужен? — Тигиллиний разразился грубым смехом. — Он даже не знает, кто ты такой!

Он наклонился вперед, упершись локтями о по­лированный каменный стол, который стоял на тер­расе у Савла. Внизу на камнях у реки собрались рыбаки и зеваки, громко обсуждая рыбалку.

—   Я объясню тебе, кто нужен императору. Сим­патичные девчонки и мальчишки. Актеры и музы­канты. А еще его интересует любой, у кого есть деньги, которые он мог бы заполучить. Еще нужны жрецы с хорошей религией.

—   У меня есть хорошая религия, — тихо сказал Савл.

—   У тебя? — недоверчиво воскликнул Тигилли­ний. — Ты похож на старую вдову, обсуждающую этикет. А я говорю о стоящих вещах. — Он понизил голос. — Император назначил собственное управле­ние по делам религии. Он для себя все решил, и Рим пойдет за ним.

—  А Рим хочет этого? — елейным голосом спро­сил Савл.

—    Не смеши меня! — тихо прошипел Тигилли­ний. — Они сделают все, что им скажут, если будут, знать, что это для их блага.

—    Император Нерон верит, что старый порядок вещей должен уйти навсегда. Так получилось, что я согласен с ним, но я не уверен, что то, чем он собирается заменить его, сработает… — словно во сне произнес Савл. — Однако в то время как при­верженцы старого порядка скорее всего страшно ненавидят его за то, что он делает, за его непотреб­ные выходки, не говоря уже о его тяге к их день­гам — разве он не обращается с чужими деньгами так, словно они его собственные — мне кажется, что он может полагаться только на свою голову, по крайней мере, в настоящее время. Тигиллиний посмотрел на него сквозь опущен­ные веки.

—   Скажешь еще что-нибудь в таком роде и вряд ли ты сможешь полагаться на свою! — угрожающе произнес он.

—   А-а-а… — не обращая внимания на его угро­зы, промычал Савл. — Ты же знаешь, что мои слова — истинная правда.