Странник

Он быстро пошел к двери и на пороге обернулся. Брошенная им лампа описала золотую параболу. Она попала на стол, где лежали тексты, и вся комната вспыхнула огнем.

Джулиана с закрытыми глазами стояла на улице около яблони, мягко напевая и перебирая четки. Ее белое монашеское платье начало отсвечивать жел­тым и оранжевым цветом, по мере того как разго­рался пожар в доме. Аль-Маши стоял рядом с ней, держа в руке свернутую мягкую гибкую струну. Фокс взял ее из его рук и перебросил через толстую ветку над их головами, сделав на одном конце петлю.

Он перекинул петлю через голову Джулианы и завязал узел. Стул уже был наготове. Поддерживая девушку под руки с обеих сторон, они поставили ее на него, пока она молилась. Фокс затянул веревку, привязав ее к корню яблони, торчащему из земли. Аль-Маши снял четки с ее шеи. Джулиана почув­ствовав напряжение веревки, дернулась, пока Аль- Маши пытался четками связать ее руки за спиной.

Она смотрела на дом, не узнавая его. Нижний, этаж был Адом. Его пламя рвалось в верхние ком­наты, как жадные пальцы. Пламя выло, соприкаса­ясь с воздухом.

—        Что это? — прошептала девушка.

—        Адский огонь, — раздался голос в ночи.

Джулиана дернулась, внезапно осознавая проис­ходящее, ледяной холод охватил ее. Она почувство­вала чье-то ужасное присутствие за своей спиной. Дом неожиданно вспыхнул светом, Что-то красное, зеленое и золотое выстрелило высоко в черное небо, устремляясь все выше и выше от нее.

—       Фрэнк! — закричала она. — Возьми меня с собой! Возьми меня к «Детям»!

—       Слишком поздно, — ответил голос.

Под собой она увидела двух священников, рас­простертых на земле в молитве. Какая-то сила сдер­нула ее со стула; веревка затянулась на ее шее. Ужасные холодные пальцы проникали в нее, словно ножи, чтобы забрать ее душу.

Крыша дома рухнула, и Фокс поднялся на ноги. Его лицо было белым, как у лунатика. Он вытер пену со рта. Тело, висевшее на веревке, было не-, подвижным и безжизненным, как мешок.

—        Господь с тобой, — сказал Фокс.

—       Служи Господу, — прошептал Аль-Маши.

Оба священника сели в машину, стараясь побы­стрее уехать прочь. Из кустов, растущих вдоль про­селка, все еще освещенных желтыми языками пла­мени, за их поспешным отъездом наблюдала Мария.