Странник

Раздался панический крик                                                                                                 мужчины, которого Марк заколол, как свинью. Последний из них бросился бежать, но споткнулся, и Марк мечом располосовал несчастного до смерти.                                                                                                

Трое победителей, обнявшись и тяжело дыша, направились к Sanavivaria, воротам для оставшихся

В ЖИВЫХ.                                                                           

—Я думаю, тебе не терпится получить свои деньги, — уныло сказал Тигиллиний, но, когда он обер­нулся, Фламмы уже не было.                                                         

В туннеле было темно.

—       Что теперь? — спросила Мария.

Марк крепко сжал свой spatha.

—       Я с вами, — заверил он.

—       Сюда! — позвал их сильный голос.

Всматриваясь в полумрак, они с трудом разгля­дели крупную фигуру, стоящую около небольшой двери. Это был Фламма.

—       Сюда, быстрей! — повторил он, и они побе­жали через дверь по узкому коридору.

В конце коридора была железная дверь, которую гладиатор открыл, сняв с ремня ключ. Он толкнул ее, и яркий солнечный свет ослепил их глаза. Выг­лянув через портик, они увидели за площадью реку, сверкающую на солнце.

—        Убирайтесь, — настойчиво посоветовал Флам­ма. — Бегите прочь из Рима.

Все трое — высокий мужчина, его дочь и юноша из Иерусалима — помолчали, а затем Мария спро­сила:

—        Почему? Почему ты нам помогаешь, Фламма?

Гладиатор вздрогнул.

—       Ненавижу дилетантов, — ответил он. — Вот вы — профессионалы.

—       Я сражаюсь с Сатаной, — сказала она. — Когда он будет уничтожен, я больше не возьму в руки оружие.

Кутчийский залив, Индия, 64 г. н. э.

Застонав и плотно закрыв глаза, Марк улегся на

полотняный парус, растянутый на палубе, в на­дежде, что, если он не будет видеть постоянно под­нимающуюся и опускающуюся линию горизонта, его тошнота хоть немного отступит.

—      В мире существует три типа людей, — сказал он. — Живые, мертвые и те, кто плывут по морю. Мертвым лучше, хотя бы потому, что они не могут ощущать себя настолько больными, — продолжал он, и Мария, сидевшая рядом с Иешуа, рассмея­лась.

Пена покрывала их волосы, шторм бросал их из стороны в сторону на пути к земле, огромный па­рус хлопал на ветру, заставляя шкипера работать за четверых.