Странник

—       Тебя ждет отменное развлечение, импера­тор, — пообещал Тигиллиний, когда на арену выш­ли распорядители, чтобы объявить следующий но­мер программы. — Ты тоже будешь доволен,  Фламма, — сказал он гладиатору, вежливо слушающему его. — Тебе это понравится, потому что ты и сам’ боец.

Из ворот вышла прекрасная юная женщина. На ней была простая юбка, а лодыжки были скованы цепью. Выше талии она была обнажена, выставив на всеобщее обозрение стройную фигуру и краси­вую грудь.

—        Кто же это? — восхищенно спросил Нерон. — Хорошенькая пташка.

г- Да уж. Именно так думал И Каленус, — согла­сился Тигиллиний. — Это Мария, горничная Гаи, жены старого Флавия.

—        Ах, да. Не было ли ее у тебя на приеме? Она ведь стала одной из последовательниц Иисуса. Я

заставил старого Флавия из-за этого вскрыть себе вены. А Каленус был его любовником. Так?

—        Так. Как бы то ни было, между Гаей и Каленусом пробежала какая-то кошка. И у Марии с Каленусом все было непросто. В общем, когда Фла­вий умер, Каленус устроил для своих приятелей, теплую вечеринку и решил развлечься с этой дев­чонкой.

—       Отличная идея, — одобрительно сказал Не­рон.

—        Он велел привести ее, когда они все уже были навеселе. Он решил, что она должна обслужить их всех, сначала ртом, а потом и другими способами.

Нерон кивнул. На песок арены вышел мужчина и встал в нескольких ярдах от женщины, не отводя от нее ненавидящего взора.

—        Вот он, — прошептал Фламма. — Это — Ка­ленус.

—        Так вот, Каленус ложится на спину, — про­должал Тигиллиний, — и поднимает тунику под одобрительные возгласы своих приятелей. «Опускай­ся вниз!» — говорит он ей. И эта сучка делает то, что он ей приказывает… и откусывает головку его члена.

Взрыв смеха раскатился по ложе, и зрители, сидящие неподалеку, оглянулись в ее сторону, не понимая, что так развеселило императора и его гостей.

—        И вот он здесь. Он хочет справедливости, хо­чет разрезать ее на ленты и разорвать на куски. Он бы сделал это и тогда, сразу после вечеринки, если бы не был так занят, спасая жалкие остатки соб­ственного Члена. Я сказал ему, что он может разоб­раться с ней здесь. У всех на виду. И это показалось ему стоящей идеей.

Нерон хмыкнул и потер руки.