Странник

Он снял плащ и перекинул его через руку, по­тому что было очень жарко. Гвозди его башмаков скребли по каменному полу.

—        Она открыто призналась, что является назартянкой, последовательницей этого преступника Хри­ста. А ведь она жена сенатора. Она должна была бы. понимать, что к чему. Тем не менее она не назвала нам ни одного имени своих сообщников, что со­всем не похоже на нее. Но мы еще посмотрим! Квинтус! Будем считать, что ты только размялся, а теперь поправь свою тогу и приступай к работе.

Человек, удобно расположившийся у поворотно­го механизма этой страшной машины, ухмыльнулся. Он подправил сложную систему грузов и веревок, прикрепив их к рукам и ногам женщины. Машина пришла в действие, вытягивая все суставы Гаи с одного конца тела до другого. Кровь бежала из обоих углов ее рта, оттуда, где она прокусила губы, пы­таясь сдержать крик.

—        Когда созреешь, можешь сообщить Квинтусу, где находятся твои преступные сообщники, — заме­тил вскользь Тигиллиний.

Он взял Юлию за локоток и принялся прогули­вать ее по этой мрачной комнате. Она чувствовала, как беспокойно бьется ее младенец во чреве, явно ощущая состояние своей матери.

—        Я бы ни за что не стал так поступать, — ска-, зал Тигиллиний, и от его покровительственного тона по телу Юлии поползли мурашки, — не будь это все столь серьезно. Преступление является capitalia et atrociora maleficia, и закон ясно указывает на использование quaestio per tormenta. Закон прав, ибо эта женщина посещала незаконные богослуже­ния и поэтому недостойна быть римлянкой. Она ничуть не лучше убогих, сводников и гладиаторов. Да, я не говорил тебе, зачем тебя сюда пригласили? Нет, нет. Конечно, нет. Понимаешь, мы обыскивали ее дом и нашли несколько текстов об этом самом Иисусе. Они были чудесно написаны, явно профес­сионалом, это я могу тебе точно сказать. Он даже имя свое оставил — Тимофей-писец. Один из моих людей, как выяснилось, знает его. Именно поэтому мы послали за тобой. Но двое остались дожидаться твоего Тимофея, когда он вернется домой. Тогда мы поговорим и с ним тоже.

Он протянул руку и дотронулся до какого-то ме­таллического крюка, висящего на веревке у стены.

—       Никогда не видела, как это работает? Я ду­маю, что нет.