Странник

Человек, который продал вам моего ребенка, был управляющим в моем доме.

—        Я знаю, — произнес чей-то голос, и невысо­кий человек с крупной головой, на которой было только одно ухо, отодвинул полог, отгораживаю­щий заднюю часть дома, и вошел в комнату. Он тепло улыбнулся. — Я — Павел.

—        Мой управляющий продал тебе моего ребенка. Он сказал мне, Что ты — это кто-то вроде жреца культа тех, кто называет себя христианами или последователями Иисуса.

—        Это так. А что ты о нас знаешь?

—        Я — светская женщина, но слышала, что вы соблюдаете странные обряды и практикуете людоед­ство.

—        Сначала я — продавец рабов, который поку­пает младенцев, чтобы затем их с выгодой продать, теперь — я их ем со своими друзьями. Скажи мне, каким богам ты поклоняешься?

—        У нас много богов, которые помогают нам.

—        Обычные? Юнона, Минерва, Юпитер, Марс? Исида, Диана, Аполлон?

Гая кивнула, зная, что за ее спиной стоят воо­руженные рабы.

—        Похоже, что они не сильно помогли тебе, — заметил Павел и взглянул ей прямо в глаза. — Теперь послушай меня. Существует Бог Отец, кото­рый создал всех нас по своему собственному боже­ственному образу. Он послал своего сына Иисуса Христа на землю, чтобы тот жил среди нас. Иисус Христос взял на себя все наши грехи и умер на кресте за всех грешников мира. Он сделал это и за тебя, хотя ты его и не знаешь. В обмен он проешь верить в него, в Господа Иисуса, поклоняться ему. А когда твоя смертная плоть прекратит свое суще­ствование, ты будешь сидеть по его правую руку вместе с Богом Отцом среди ангелов.

Все больше народу входило в эту маленькую комнату из глубины дома, откуда доносилось пение. Они тихо стояли, приветливо улыбаясь Гае. Крайне

удивленная, она увидела пожилую даму, Помпонию Грецину, смотревшую на нее со странной любовью и пониманием в глазах.

—        Если этот Иисус столь велик и могуществен, то где его образ? — спросила Гая, — Улицы, сады и храмы города усыпаны изображениями богов, как- цветами после дождя, но я не видела никакого Иисуса.

—        Ты видишь его каждый день, — мягко произнес грек с обветренным лицом, словно он много лет провел под палящим солнцем. — Ибо он шлет нам свет, омывая нас в своей всепрощающей любви.