Странник

Под колоннадой, где располагались многочислен­ные лавки, все было наполнено жизнью, звуками и запахами. Мальчик-раб, принадлежащий хозяину пекарни, нес корзину с только что выпеченными булочками из самой лучшей муки для избранных клиентов своего хозяина. Гая не ощущала их чудес­ного запаха. На крюках висели освежеванные туши, около ювелирных лавок стояли подносы с разло­женными на них украшениями. Зазывалы наперебой кричали, приглашая прохожих заглянуть в лавки. На другом углу улицы громко ухал молот кузнеца. Но Гая была слепа и глуха ко всему.

Цель их прогулки совсем не была похожа на обиталище зла. Перед лавкой плотника она увидела маленького лысого человека, занимающегося своей работой. На крючках рядом с ним были развешаны его инструменты, с помощью которых он отделы­вал резной ларь из экзотического дерева для хране­ния свитков, по краю которого вязью шла надпись: «Если ты не обеспечишь меня выбором свитков, я впущу мотыльков и жестоких книжных червей».

Во время работы плотник посвистывал сквозь зубы. Это был веселый человек, приблизительно тридцати лет, с седеющей бородой и ловкими ум­ными пальцами. На секунду она задержалась перед дверью, а затем вошла.                                                               -

—   Я ищу некоего Павла. Павла из христиан.

—    Тогда вы пришли по адресу, — сказал плот­ник, не отрывая глаз от работы.

Откуда-то из глубины лавки до Гаи доносились голоса, которые пели незнакомую ей песню. Мело­дия была веселой.

—    Я — Гая, жена Флавия.

Он оторвался от своей работы, и она увидела серые глаза, похожие на зимнее небо, но удиви­тельно теплые. Она уловила в них некоторое удив­ление, смешанное с удовольствием.

—    И правда, это — ты, — сказал он. — А я — Кадмий, плотник, бывший жрец Диониса, падшая душа; а теперь — один из последователей Господа Иисуса.

—    У этого Павла есть кое-что, принадлежащее мне.

—    Заказано и уплачено, — сказал он, не отры­ваясь от работы, и что-то в его голосе подсказывало ей, что он доволен. — Как и этот ларь.

—     Тогда я верну ваши деньги, учитывая ваш интерес.

—        Вещи не перепродаются, — ответил плотник, и она поняла, что ее страхи были не напрасны.