Странник

Он снял еще два и посмотрел прямо на Марию.

—    Ты! — приказал он. — Принеси горшок для малой нужды! Тот, кто попадет в цель точнее, вы­играет.

Все одобрительно захлопали в ладоши. Мария взглянула на Гаю, и та кивнула. Находиться при дворе императора было очень опасно, а Каленус в данный момент был к нему ближе, чем они.

—    Отлично, — прошептал Сципион.

Мария принесла ночной горшок и встала там, где ей указал Каленус. Когда она проходила мимо него, он неожиданно вытянул руку и сдернул тунику с ее плеч, немало порадовав присутствующих видом ее обнаженного тела. Было отмерено расстояние, и Флам­ма приподнял свой amictus. Точность движений ежед­невно спасала ему жизнь на арене; струя полетела прямо в горшок со звонким резонансом. Сидящие за столами взорвались радостными криками.

—   Occupavit et vicit, — убежденно сказал он, но Каленус только ухмыльнулся.

Мария опорожнила сосуд и приготовилась снова. Каленус приподнял края своей одежды, его ухмыл­ка стала сардонической. Струя брызнула прямо в Марию. Все заревели, а он направлял струю вверх и вниз, пока не обмочил ее всю, с ног до головы.

—     Что ты скажешь, Фламма, — победно вос­кликнул он, — я угодил в цель?

Каленус поймал брошенное кольцо и надел его на палец. Он повернулся, откидываясь назад на подушки, и многозначительно улыбнулся Гае. Не промолвив ни слова, Мария с каменным лицом вышла из комнаты.

Были печеные окорока и акробаты, жареная рыба и буффонада, визиты в соседнюю комнату, чтобы

освободить место в желудке для очередной порции. Vomunt ut edant, edunt ut vomant. Гая отодвинула свою тарелку, абсолютно потеряв аппетит.

—  С тобой все в порядке? — спросила Валерия, наклоняясь к ней.

—  Я надеюсь, что через несколько минут станет лучше, — ответила Гая, утирая холодный пот с верхней губы.

Были грациозные полуобнаженные танцовщицы, и статуя Приапа, державшего в руках и на фаллосе серебряные блюда со сладкими марципанами в фор­ме все тех же фаллосов. -

Щелкали кастаньеты, раскачивались груди и бед­ра под тонким прозрачным муслином. Соседки Фламмы задрали его накидку на талию и встали перед ним на колени с двух сторон. Пышные груди женщин выкатились из туник, их губы встретились, и языки сплелись в страстном поцелуе.