Странник

Ну, хорошо, если их не будет, Люцийса выйдет на сцену.

Мим и певец, репетирующие в углу, рассмсялись.

—   Я на многое пойду ради искусства, но боюсь, что это слишком. 

—    Это войдет в историю, — заверил их Сципион. — Послушай, Валерия, у тебя есть минутка?

Удивительно красивая и стройная женщина платье цвета желтой резеды пробиралась к ним. По навесом сцены все гудело — бегали актеры, рабо­чие, громко крича, передвигали декорации, репети­ровали на своих лютнях, флейтах и трубах музыкан­ты. Повсюду слышались многочисленные пожелания: удачи и ответные реплики.

—    Да, Сципион!

—   Ты не проводишь Гаю на трибуну для гостей.,

—   Ну, конечно. Ой! Хилас говорит, что прибыл актеры.       Отлично. Люций, твой звездный час еще по­дождет.

Актриса провела Гаю сквозь декорации, ожидаю­щие своей очереди попасть на сцену, и через вы­ход, который вел в балетную комнату и оркестр, вывела ее к первому ряду сидений, отмеченных маленькими красными флажками.

—   В какой роли ты будешь выступать? — спроси­ла Гая.

—    У меня несколько ролей, но главная только одна. Я та, что будет с лебедем. Через минуту спу­стится Сципион.

Она поспешила назад, а Гая заняла свое место. Скоро она заметила режиссера, тридцатилетнего красавца, направляющегося сквозь толпу прямо к ней. Он был хорошим знакомым Флавия. Когда-то Каленус играл на сцене, и именно здесь Флавий впервые удовлетворил свою тягу к его нежному не­испорченному телу.

—   Вам удобно? — спросил он, усаживаясь рядом с ней.

—   Очень, — ответила она. — Я так жду представления. Ведь это премьера?

—   Не совсем, — сказал он, озабоченно огляды­вая свой театр. — Идея была предложена префек­том Тигиллинием как сюрприз для императора.

—    Ой! — произнесла Гая, не в состоянии сдер­жать ужас, захолонивший ее сердце.

—     Их здесь сегодня нет, — сказал Сципион, почти сочувственно, — но император любит теат­ральные представления, а префект всегда рад услу­жить своему хозяину.

—  Да, я была с Флавием на приеме, устроенном префектом…

—   Отказаться очень трудно, — сказал он.

Сципион взглянул ей прямо в глаза, и она по­няла, что он все знает.