Странник

Разве не по этому пути шел Христос? Разве не путем жестоких испытаний заставил он святого Павла поверить в себя? Разве не были из­браны некоторые, но званы многие? И разве не начали они все одними и теми же словами просить прощения? И человек приказал своему слуге выйти на улицу, когда в доме еще оставалось место. Так написал святой Лука. А как звучал приказ этого человека своему слуге?

—   Заставь их прийти, — тихо ответил Павел.

Послышались чьи-то мягкие шаги, и оба мужчи­ны посмотрели в ту сторону. Это был духовник префекта.

—    Приветствую вас! — сказал он. — Префекту Цинегию необходима ваша помощь. Он обнаружил еретика, некоего Давида из «Детей Иешуа», и двух женщин, которые, возможно, как-то связаны с ним,- Он хотел бы знать природу их ереси.

Павел из Авила медленно поднялся и встал во весь рост, его ряса упала длинными черными фал­дами вокруг его ног. Глаза загорелись злобными огоньками i предчувствии жертвы.

—     И не будет нам отдыха от службы Госпо­ду, — произнес он. — Ни днем, ни ночью. Мы будем рады сообщить префекту Цинегию то, что он желает.

Все истекали потом в жаркой тесной комнате Свет был тусклым и исходил лишь от углей. Павел из Авила закрепил дыбу и колес Я подвесив дополнительный груз на члены истязаемся го. Мужчина стонал и корчился от боли. Две женщины, Мария и Паулина, прикованные наручникам стояли у стены. Молодой монах, помощник епискси па, нервно вытер пот со своего лица.                Д

—   Это необходимо? — спросил Теофилос. — Ощ признал, что является членом незаконной секты. Щ думаю, Цинегий хотел бы заполучить их для своиИ шахт. Щ

—     Quaestio percormenta, — бесстрастно сказал Павел. — Только суровостью инквизиции может добиться правды. Поверь мне, я знаю, о чем говорю! У меня богатый опыт в таких делах.       

—   Я не сомневаюсь в этом, — заверил его ТеоЯ фил ос.        Щ

Павел взял свое самое страшное орудие и поля нял вверх, чтобы мужчина мог хорошенько расе смотреть его.                                                                                        

—    Скажи мне, что это такое? — приказал он.

Давид взглянул на него с железного ложа, и;