Странник

Симон обвел взглядом толпу, понимая, что они могут его убить.

—    Если вы хотите, я с удовольствием помолюсь вашему Иисусу, — сказал он.

—    Пожалуйста, — ядовито процедил Турнус.

—   Я верю в Отца, Мать и Сына…

С ревом праведной ярости они бросились на него, нанося удары по голове, по ногам, по рукам, куда попало, пока его кровь, красная, как огни Ада, из которого он пришел, не залила весь пол храма. Потому что именно так слуги Сатаны выдавали себя. Вследствие недостатка святости они были способны только на слабое подражание, но никогда не могли достигнуть чистоты Господа. В этих попытках они- всегда допускали ошибки.

Они завернули тело в ковер, а сатанинские атри­буты, украшающие стены, порубили своими топо­рами. Стоявшие на алтаре серебряные подсвечники и кубки они забрали с собой. После обработки свя­щенным огнем, очищающим их от сатанинского проклятия, переплавленные, эти предметы могут быть использованы на службе Господу.

Они сбросили труп в реку, когда пересекали мост по пути назад в свою базилику. Их, наполненных

Святым Духом, распирала гордость от сознания того, что послужили великому делу Господа. Они сожалели только об одном: все они были уверены, что, к своему стыду, прежде чем отправить этого слугу Сатаны к его хозяину, они не помучили его, чтобы выведать имена других дьяволопоклонников. Им бы хотелось найти их и заставить очиститься.

Константинополь, март 311 г. н. э.

Епископ Оссий, открывая собрание сказал: — Посмотрите, как происки Сатаны оборачи­ваются против него самого, — и многочисленные ученики-теологи, хмуро улыбаясь, закивали голо­вами.

—    Император Диоклетиан, грязный, развращен­ный, по которому плачет огонь Ада, как и по лю­бому из его предшественников, рассчитывал низве­сти нас четверть века назад. Старый арсенал — огни, кнуты, топоры, пики, дикие твари — был исполь­зован против нас. Но один вид жаждущих доказать свою веру и получивших чудесную награду привел бывших язычников к служению и любви к Иисусу. Он надеялся уничтожить все наши документы, все наши писания, все наши молитвы, все наши еван­гелия. К несчастью, ему это удалось. Сейчас с тру­дом можно найти тексты того времени.

Он обвел взглядом аудиторию, жадно ловившую каждое слово.