Странник

Это Храм Бога Солнца, Sol Invictus, непобедимого солнца. Совершите жертвоприношение, получите у писца свой сертификат и идите с миром. Вам лишь нужно принести эту жертву. Ваш Христос не будет разгне­ван, если вы это сделаете. Ибо разве это жертва не ему? Разве не он ездит по небу с солнцем в колес­нице? Разве вы не видели картины с его изображе­нием, где солнце сияет за его головой?

Мужчина и женщина с облегчением перегляну­лись. Они кивнули и крепко обнялись.

—   Это правда, — сказал мужчина. — Давай при­несем жертву.

—  Вот и хорошо, — сказала Руфь. — Через секунду мясо будет готово, и вы станете на путь истины.

Куски цыпленка упали на алтарь. На другой сто­роне площади мужчину медленно подогревали над огромной жаровней. Он громко кричал, взывая к Господу сквозь дым собственной кремации. Стоя рядом с Симоном, Валерия наблюдала за этой сце­ной дикими глазами.

Небольшая группа людей, поддерживая друг дру­га, брела к плахе, залитой кровью и затоптанной ступнями окровавленных ног. Лица их были обраще­ны к небу, они громко кричали, пели гимны, вос­хваляющие Господа. Их уже ждал мужчина, устало опирающийся на свой -топор.

—  Да! — выкрикнула Валерия. — Вот он путь! Я вижу Господа Иисуса!

Она выскочила из очереди и побежала через пло­щадь. Остановившись на полпути, она оглянулась на Симона.

—    Пойдем! — кричала она. — Он здесь!

Руфь схватила Симона за руку. Группа заметила приближение Валерии, разомкнула свои ряды и приняла ее.

—    Сумасшествие не заразило тебя? — испытую­ще спросила Руфь.

—    Нет, — тихо ответил Симон.

—  Филеас, принеси сюда сертификат для Симона. Он — один из нас.

На другой стороне площади группа столпилась около плахи. Валерия опустила шею и отвела в сто­рону волосы. Топор, сверкнув на солнце, просвис­тел в воздухе. Послышались крики радости.

Руфь с искренней печалью наблюдала за ними.

—   Епископы добились того, чего хотели, — пре­зрительно сказала она. — Они заставили людей по­терять разум.

Никомедия, Малая Азия, апрель 311 г. н. э.

Врач приготовился к смерти. Опухшее тело его пациента, неспособное двигаться, лежало на ци­новке. Самое неприятное ощущение вызывали ли­чинки, извивающиеся в покрасневших складках кожи между ногами.