Странник

—    Только Господь открывает непорочность. Он придет к тебе, когда ты спишь. Он просунет свою руку в промежность и будет поглаживать и ласкать тебя, пока сильная дрожь вожделения не захватит все твое существо и ты не закричишь: «Я ранен любовью!».

—   А как начинается это путешествие к нему? — поинтересовался Симон.

—   Мы соблюдаем пост в иссушающем сатанинс­ком пекле. Это длится четыре дня. Все это время мы поем и молимся. Мы и так пьем очень мало, а на пятый и шестой день мы вообще отказываемся от воды и сна. В эти дни бой с Сатаной достигает сво­его пика, он натравливает на нас самых сильных демонов, пытаясь совратить нас. Именно тогда раз­горается самый жестокий бой.

Валериан вышел под палящие лучи пустынного солнца.

—   Я готов к битве, — прошептал он. Они шли по одному, затем — по двое и по трое. Он обгонял их, шествуя по дороге среди чудесных лужаек и густой листвы зеленых лесов. Трава вокруг была мягкой, как перина. Проходя мимо юноши, они глядели на него глазами темными, как терно­вая ягода, и облизывали свои алые губы розовыми язычками. Он наблюдал их шествие, их длинные ноги под шелковыми прозрачными одеяниями, их длинные блестящие волосы, развевающиеся на лег­ком ветру.

Впереди была вершина холма, окруженная зеле­ными рощами. Кристально чистый фонтан журчал среди высоких кипарисов и сосен. Запах благоухаю­щих цветов ударил ему в нос.

Кто-то прокладывал себе путь через рощицу. Де­вушка была одета во все белое. Она взяла его за руку. Было трудно смотреть, солнце ослепило его. Внезап­но земля под ногами закачалась, вздымая камни. Он пытался удержать равновесие, но тело не слушалось его.

Они нашли источник, и Валериан приподнял Симона, поднеся воду к его рту. Белая рубашка плотно облегала тело Валериана, у него были жен­ские грудь и бедра. Черные длинные волосы струя­щимся водопадом ниспадали с головы.

Потеряв голову, обуреваемый желанием, Симон схватил его, задрав рубаху и лаская его гладкое нежное юное тело в ледяной воде.

—   Я — Валерия, — сказала она. — Женщина не может одна путешествовать по этой земле, поэтому я стала мужчиной, пытаясь найти путь к Иисусу. Мне показалось, что ты вот-вот умрешь. Ты кричал что-то на каком-то непонятном языке.