Странник

Это в большой степени касается и нас, остолоп, несмотря на то что мы воюем с римской Церковью.

—    Да знаю я, знаю, — недовольно пробурчал Симон.

—    Они не видят разницы между нами и христи­анами, да, собственно, им это и не нужно. Они хотят искоренить христианство в своей империи, поэтому гонение повсюду настигает и нас. Если бы это была борьба только с римской Церковью, нам было бы все равно, но ведь это не так. Я не должна напоминать тебе, что нас, как всегда, очень немно­го, а задача наша велика. Сейчас перед нами четыре императора, огрызающиеся друг на друга, как цеп­ные псы, правящие в четырех разных частях импе­рии. Люди перестали путешествовать из-за страха, что могут быть убиты, как только спустятся с трапа на берег, и все только потому, что они из другой части империи — с вражеской территории. У них всегда наготове щиты, нагрудные доспехи и копья. А мой брат только что вылез из-под груды обнажен­ных и благоухающих женщин. И говорит мне, что главной среди этих шлюх была жена Евполемия. — Руфь гневно посмотрела на своего брата, момен­тально потерявшего дар речи. — Евполемия! Того самого человека, в руках которого находится жизнь всех христиан в этой части империи!

Петр опустил голову.

—    Ты же знаешь, со мной всегда так случается, когда дело касается женщин. Но я не такой, каким я должен быть.

—    Но почему именно она?

—  Он часто подолгу отсутствует по делам службы. Я видел ее в банях… Она мне ясно дала понять…

Руфь глубоко вздохнула.

—    Возможно, было бы лучше для всех, если бы все жили по твоим меркам. Гоняться за бабами — вполне безобидное занятие, кроме тех случаев, ког­да дело касается жены Евполемия. Римская Церковь получила то, за что боролась. У некоторых мутится рассудок, когда они видят, что происходит с теми, кто признает себя христианами. Тарквин — като­лик, который, скрывая свою веру, пережил ад на земле, был здесь вчера по своим делам. Солдаты приволокли найденную ими молодую христианку, связали ее и подвесили за лодыжки, оставив уми­рать над медленным огнем. Увидев, что она задыха­ется в дыму, Тарквин попытался протестовать. Они отвели его к Евполемию, который допытывался у него — христианин ли он.