Странник

Он протянул трость Джу­лиане.

—    Можешь опереться на нее, — холодно сказал он. — Где ключи от машины?

—   Там, на полке… Рядом с кувшином.

Фокс нашел их и бросил Джулио.

—  Открой и засунь Коннелла в багажник. Я поеду на этой машине, а ты — за мной.

Обнаружив недюжинную силу, Джулио сгреб тело Коннелла в охапку и вынес на улицу. Джулиана привела себя в порядок, надела куртку и попыта­лась встать на ноги. Она одернула юбку, стоя на одной ноге и испуганно глядя на Фокса.

—     Нечего прихорашиваться, ты не перед Коннеллом, — брезгливо одернул он ее. — У нас нет времени. Нам нужно, чтобы этот антиквар открыл тебе дверь. Пошли.

В электрическом свете, падавшем из открытой двери дома, большой старый «ягуар» приобрел свой истинный зеленый цвет. Надежда было согрела ее сердце, но тут же умерла, когда она увидела, что Джулио опускает стекло в салоне «ситроена».

—   Готово, — сказал он. — Коннелл в багажнике «ягуара».

—   Тогда я поехал, — сердито сказал Фокс. — И эта дамочка покажет мне дорогу. А ты — за мной.

Джулиана с трудом уселась на пассажирское си­денье, а Фокс занял место за рулем. Он вставил ключи в зажигание и нажал кнопку стартера. Все шесть цилиндров разом ожили, и приборная па­нель осветилась множеством бегающих огоньков и цифр.

—    Показывай дорогу, — приказал Фокс.

Он включил первую скорость, дальний свет, ос-, ветивший древнюю стену из желтого камня в конце двора. Пока они ехали, свет фар освещал все вокруг.

—   Налево, — подсказала Джулиана.

Фокс покрутил огромное рулевое колесо, и «ягу­ар» безропотно повиновался ему. Из багажника раз­дался мягкий удар — тело Коннелла перекатилось от резкого поворота.

Уличные, огни Оксфорда окрашивали бархатное небо вдалеке в оранжевый цвет. Деревья в темноте вытягивали свои ветви над ними, когда они ехали вниз по узкому проселку, задевая бортами поздние цветы, росшие вдоль обочины. Окруженный пыш­ной зеленью, перед ними показался богатый солид­ный особняк.

—    Здесь, — указала Джулиана.

Дыхание ее было прерывистым от боли в сломан­ной ноге. Фокс взглянул на нее с холодным удов­летворением.

—  Ты сделаешь это, — сказал он. — Это не ждет.