Странник

Аристид понял, что его ответ понравился Феликсу.

—   Ты доволен?

—   Слуга дьявола, — коротко сказал он. — Похи­титель людских душ. Они выполнили свой долг пе­ред Иисусом. А где они сейчас?

—     Убитого они сбросили в реку вместе с его мешком.

Глаза Феликса возбужденно засияли.

—   У него был кошель с серебром, — продолжил Аристид. — И один сказал другому: «Пойдем и ис­тратим деньги, которые мы взяли». И они ушли по тропинке, и я их больше не видел.

Феликс понимающе причмокнул губами. Он знал истинную цену людям, которых послал Мелитон. Разговор был закончен. Пастух поспешил прочь из города, обратно на холмы, где его ждал Давид.

—     Дочка, пожалей меня, — говорил Леонидас, держа руки девушки и целуя их. — Пожалей своего отца, я любил тебя больше твоих братьев, не остав­ляй меня!

Он стоял перед ней на коленях на возвышении для трона в конце зала.

—    Подумай о своих братьях, о своей матери и своих тетках! О твоих маленьких племянницах и племянниках! Подумай о маленькой Сульпиции, которая любит тебя! Отбрось свою гордость!

Он боязливо посмотрел на прокуратора Руфинуса, который холодно взирал на них со своего витого кресла.

—   Ты сокрушишь всех нас, — тихонько прошеп­тал он ей.

—   Делай, что требует твой отец! — твердо сказал Руфинус. — Он мудр, а ты — только дитя. Пожалей его седую голову и принеси жертву во славу импе­раторов.

—   Не буду, — четко сказала Фелицита.

—   Почему?

—   Потому, что я — христианка, — пропела она, и гордость звенела в каждом звуке.

Ее отец корчился, как от боли.

—  Значит так? Мы просим о малом, — терпеливо сказал Руфинус.

У него самого были дети, и он знал, что такое детское упрямство.

—  Все, что от тебя требуется — это показать свою законопослушность и преданность императору…

—    Я не могу, — твердо сказала она. — Потому, что мы — христиане — открыли древнюю и страш­ную тайну. Вы просите меня принести жертву ва­шим богам, представляющим силы, которым вы и ваш император поклоняетесь. Но это не боги, а демоны!

—   Демоны? — выдохнул Руфинус. — И как же вы добрались до этого секрета, скрывавшегося от нас так долго?