Странник

—  Борьба между добром и злом вечна, — продол-1 жал Кадмий. — Прошли годы, и те, кто верил в Диониса, оказались втянуты в темную жизнь людей; с копьями и мечами, поклонявшихся разным бо­гам.

Он провел рукой вокруг себя.

—    Пришли римляне, ищущие превосходства над всеми. И не было ни одного отдаленного залива, ни одного мало-мальски известного континента, добы­вающего хоть немного золота, которые не стали бы врагом Римской империи, и судьба не уготовила бы им убийственные войны для завоевания новых со­кровищ. Вот так и мы, греки, попали в этот водо­ворот. Они видели мощь нашего бога Диониса, ко­торого они называли Бахусом, и очень боялись его. Наша страна наводнилась лжецами, которые обви­няли нас во всех грехах, говорили, что наши муж­чины и женщины — отравители и убийцы, что мы едим тела своих жертв и пьем их кровь.

Нас преследовали, и мы были вынуждены от­правлять свой культ тайно. Гонения закалили нас. В наших обрядах мы находили покой. Мы жили доб­ром и отрицали все зло, чтобы возблагодарили нас в загробной жизни, где каждый будет жить в Арка­дии со своим спасителем, богом Дионисом. Тех, кто верит в него и следует добру, но отрицает зло, после их смерти Дионис препроводит на острова Благословения, которые лежат за самыми дальними водами океана. По его команде веселые и забавные глубоководные существа несут туда души мертвых. Там они найдут Рай. Чувства удовольствия и покоя, которые они обретут в Раю, знакомы им по праз­дникам их бога, когда они предаются Дионису. И вот Дионис, власть которого восторжествовала вновь, по приказу Цезаря подвергся еще более страшным гонениям. Сильные и могущественные мира сего причисляли себя к его поклонникам. Среди них, например, — сам великий Марк Анто­ний. Ну и, конечно, такие простые люди, как ты и я. Сейчас ты можешь видеть его изображения по­всюду, во всех храмах и на улицах.

—     А царит ли он здесь, в камере? — жестко спросил мужчина. — Спасет ли он твое мужское достоинство от раскаленных щипцов, лежащих сей­час в жаровне рядом со мной?

—    Я не знаю, — испуганно, осевшим голосом, прошептал Кадмий.

—     Сильней ли он, чем простой смертный Лю- ций, который жаждет сжать эти раскаленные щип­цы на твоих гениталиях и держать до тех пор, пока от них ничего не останется?