Странник

Кадмий побледнел от страха.

—    Кто он такой? — с ужасом прошептал он.

—   Люций Лициний. Купец, рабовладелец, владе­лец публичных домов. Это его частная тюрьма.

Люципор взял щипцы за рукоятку и пошевелил угли в жаровне. Послышался треск, и вспыхнуло пламя.

—  Становится все лучше и теплее, — доверитель­но сказал раб.

Со склона холма им был виден расположенный внизу город, разбросанный по холмам и долинам между ними. Тимофей погрузил последнюю кор­зину с овощами на осла, терпеливо стоявшего около маленького дома, которого Юлия держала за уздечку.

—   Ну, что ж, мы уходим на целый день, — ска­зал он Марии и Иешуа.

Он ободряюще улыбнулся им.

—     Но вы не бойтесь. Никто не знает, что вы здесь. Рыбак не сможет вас найти, а Савлу мы со­общим. А кроме того, Волк не позволит неизвестно­му подойти близко. С Волком никто не сможет спра­виться.

При упоминании его имени этот страшный, на­гоняющий ужас пес выглянул из угла, где он отды­хал, и зевнул, обнажив длинную челюсть с белыми огромными острыми зубами.

— Здесь нам ничего не грозит, — произнесла Мария. — Не так ли, Иешуа?

Юноша улыбнулся и кивнул. Они вместе наблю­дали за тем, как их хозяева ведут своего маленького нагруженного упрямца к рынку.

А потом наступила тишина. Раздавалось лишь громкое щебетание птиц в оливковой роще за до­мом да сопение и пощелкивание зубов Волка, пытающегося поймать досаждающих ему блох.

—   Нам надо уезжать из этого города, — сказала Мария, наблюдая за тем, как фигуры Тимофея и его жены становятся все меньше и меньше.

—   Да, здесь небезопасно, — согласился мальчик.

—    Нам надо найти отца, — сказала она. — Мы же знаем, куда он может пойти и где его искать на берегах Великого моря. Когда мы его найдем, нам будет не страшен Рыбак.

—    Нам понадобятся деньги.

—   Савл даст нам немного. Но сначала мы долж­ны помолиться Отцу и Великой Матери. Поблагода­рить их за наше спасение. Попросить у них защиты для нас и нашего отца до тех пор, пока мы его не найдем.

Иешуа взял корзинку из кухни Юлии, и дети направились по дикому склону холма, выискивая и собирая травы, которые там росли. Когда корзинка наполнилась, они остановились, чтобы разложить небольшой костер, и уложили плоские камни, де­лая что-то наподобие жаровни.