Странник

—   Пусть состязание начнется! — повелел Тигил­линий.

Раздались звон цимбал и барабанная дробь. На плоту две странно выглядевшие фигуры начали кружить друг вокруг друга. Сводники, блудницы, игроки, возницы, клоуны и убийцы, собравшиеся в шатре, залились смехом и принялись подбадривать сражающихся.

Сидя на своих подушках, Нерон положил руку на тунику Гаи.

Флавий кинулся на своего противника. Меч и трезубец, столкнувшись, лязгнули. Кровь брызнула на дерево из царапины на его руке.

Гая сидела в напряжении, выпрямив спину,

пытаясь скинуть исследующую ее тело руку Нерона, лицо ее от ужаса сделалось белым. Император сме­ялся, Тигиллиний дернул тунику Гаи и сорвал ее, несмотря на сопротивление молодой женщины. Ок­ружающие громко ликовали, призывая Флавия посмотреть на то, что делают с его молодой женой.

Тигиллиний прижал ее к подушкам своей брон­зовой рукой, не давая ей подняться. Он сильно сжал ее грудь, она закричала, к вящему удовольствию императорской свиты, собравшейся вокруг них. На плоту Флавий заметался в тревоге, беспокойно по­глядывая на то, что происходит под тентом. Паулий не замедлил этим воспользоваться и бросился на Флавия. Тот едва успел перехватить своим трезубцем меч. Плот опасно накренился, вода заливала его края, пока мужчины меняли позиции, а Паулий в своем тяжелом облачении восстанавливал дыхание.

Нерон навалился всей тяжестью своего веса на Гаю, зажав ее ногами. Его приспешники держали ее за руки и за ноги, она видела лица, освещенные жестокой радостью, как у детей, мучающих пой­манного кота. Женщина крепко зажмурилась.

Паулий, обливаясь потом, с багровым лицом, бросился на Флавия, гремя своими доспехами. Фла­вий продолжал кружить вокруг противника, не под­пуская его близко. Его трезубец то и дело мелькал в воздухе, пока со всплеском не ушел в воду, вы­летев у него из руки. Флавий отскочил в сторону, зацепив своей сетью лодыжки противника. Паулий, не удержав равновесия, с громким стоном рухнул в своем тяжелом снаряжении в воду.

Страсть императора прошла. Он приподнялся, облокотясь на подушку, и посмотрел с доброй улыб­кой на пустой качающийся плот. Поскольку никто не появлялся, он сполз с Гаи и пошел к воде.

Плот накренился, и очень медленно, очень уста­ло Флавий пополз по его скользкой поверхности.