Странник

Тигиллиний хлопнул в ладоши, и один из рабов поспешил прочь. У озера, невдалеке от них, оркестр заиграл приятную мелодию.

—  Дальше музыка и песни. Мы надеемся, что ты, император, не откажешься показать нам свое искус­ство, — любезно сказал Тигиллиний, и Нерон вспыхнул от удовольствия.

—    Конечно, конечно, — согласился император.

—  Но сначала — спортивная программа. Состяза­ние двух противоположностей.

Он кивнул слуге, и перед ними появились два человека. Как Тигиллиний и обещал, они представ­ляли собой две противоположности. Один был силь­ный, мускулистый мужчина с черными кудрявыми’ волосами. Руки его были как две большие кувалды. Он был одет в тяжелые доспехи, закрывающие его торс и таз. На запястьях были металлические брас­леты. В руках он держал круглый щит, длинный меч, а голову его украшал золотистый шлем.

—     Фламма! — представил его Тигиллиний. — Победитель Пальмы! Чемпион чемпионов.

Боец сардонически ухмыльнулся и кивнул голо­вой.

—  Его противник. Быстрее змеи, а укус столь же смертелен. Спекулюс!

Второй гладиатор, опираясь на свой трезубец, не­зависимо улыбался, поигрывая золотой сетью, ко­торая была у него в руках. Кроме алой набедренной повязки его тело больше ничто не прикрывало.

Несколько мгновений Нерон молча смотрел на них. На лицо Тигиллиния легла тень беспокойства. Он рас­слабился, лишь когда заметил, что император заинте­ресовался и бросил взгляд на сидящих рядом.

—   Кто выиграет? — спросил он дружелюбно. — Высказывайте ваше мнение.

Он бросил взгляд назад, где заметил группу мужчин среднего возраста.

—   Сенатор Паулий, — подозвал он. — Подойди и скажи нам как опытный человек, что ты думаешь на этот счет.

Вышел высокий и дородный мужчина в кожаных одеждах, представляющих резкий контраст с шелко­вым нарядом изнеженного императора.

—     Сегодня жарко, император, — сказал он. — Человек с сеткой очень быстр и ловок. Если он сможет держать дистанцию достаточно долго, то в конце концов одолеет samnite. Но я все же на сто­роне железного гладиатора.

Для него, сенатора и аристократа, гладиаторы были всего лишь варварами, дегенератами без име­ни. Он никогда не использовал имен, говоря о них.