Странник

Вы, должно быть, оба устали. У каждого из вас был очень тяжелый день.

Савл поднялся и направился в дом.

—   Вы должны прийти в мою церковь, — сказал он. — Мы не проливаем там кровь. Только кровь Господа Иисуса, которую он повелел нам пить.

—   Настоящую кровь? — быстро спросил Иешуа.

—   Нет, — мягко ответил Савл. — Вино. И хлеб,, который есть его тело.

—    Причастие, — понимающе сказала Мария.

—  Там все есть agape, — пообещал Савл. — Там есть любовь.

Тигиллиний проскользнул под кожаный занавес, который прикрывал дверь в простую комнату с белыми стенами. Он подержал дверь открытой, что­бы воздух из атриума проник в нее.

—    Это не заразно, — проговорил мужчина, ле­жавший на кровати. — Насколько я знаю.

Он открыл глаза и внимательно посмотрел на префекта Претории, человека, который сейчас за­нимал его должность. Казалось, шишка на горле вобрала в себя всю его плоть. Истонченные мышцы выступали под тонкой кожей, как нити. Однако глаза продолжали ярко сиять. Иссохшие руки все еще цепко держали свиток. На низком столике около кровати лежало еще несколько свитков.

—   Я считаю свою болезнь результатом действия дыма от ламп, который я вдыхал, часто засиживаясь по ночам над государственными бумагами. Я честно служил четырем императорам, начиная с Тиберия и- кончая Нероном. Теперь твоя очередь, но мне ка­жется, что тебе не грозит подобная участь.

Тигиллиний улыбнулся, он был недоучкой.

—   Если ты не справишься со своими обязанно­стями, то можешь перерезать себе горло, — едко предложил Буррий. — Но это другое дело.

—  Приятно видеть, что твой разум еще не повреж­ден, — приятным голосом сказал Тигиллиний. — Как и твой язык. Но все же, как ты себя чувствуешь?

—   Вчера меня навещал император и задал тот же вопрос. И тебе я отвечу так же, как и императору. У меня все в порядке.

—    Ты умираешь, — заметил Тигиллиний.

—    Как видишь, — жестко ответил Буррий.

Он выглянул в окно. Воды Тибра блестели на солнце, холмы принимали осеннюю окраску. Вдале­ке, между двух холмов, поднимались ввысь большие здания из цветного камня.

—   Самый большой город на земле, — тихо ска­зал Буррий. — Центр самой великой империи, ко­торую когда-либо видел мир.