Странник

Лицо Иренауса вновь приобрело хитрое выражение.

—     Все можно сделать… — предположил он. — Пути Господни неисповедимы.

—   А где твой священник? Разве он не помогает тебе варить бедную Бландину?

—   Путь Христа слишком тяжел для некоторых, — злобно прошипел Иренаус. — Он вернулся туда, откуда пришел. К проклятым.

—    Ему не пришлась по вкусу твоя тяга к само­бичеванию? — предположила она.

—     Блудница! — закричал он. — А вы разве не служите своему богу, лежа на спине? Я не должен

был разговаривать с тобой! Игнатиус! Симондес! Проучите эту девку! Прислужницу дьявола!

В ее руке неожиданно сверкнул короткий кин­жал, и двое мужчин замерли на месте.

—  Разве вы не знаете, кто я такая? — тихо спро­сила она, глядя на них. — Но я вижу, вы знаете…

Они позволили ей уйти, не причинив никакого вреда. Мария оглянулась на Иренауса, держащего в руках кусок вареной кожи.

—  Ты украл тело нашей сестры! И назвал ее своей собственностью! — гневно сказала она. — Что еще ты заберешь, как вор в ночи, пока не сгинешь? Мы будем наблюдать за тобой и за твоими людьми, епис­коп. Мы знаем, в какие одежды праведности одевается Сатана, чтобы соблазнить нетвердых духом.

Спустившись вниз, Мария пересекла долину и вошла в город, расположенный вдоль большой реки. Храм «Детей Иешуа» был пустынен, алтарь пере­вернут, по полу бегали мыши. Она подняла большой камень. Свитки лежали там, где она их оставила, прикрытые платьем Невесты. Мария аккуратно сло­жила их в сумку вместе с платьем, на котором зве­нели колокольчики, стоило только дотронуться до него. Рыская посреди оскверненных руин, она на­шла приспособление для приготовления священных настоев, разожгла огонь в жаровне, которая стояла, рядом с алтарем, и поставила греться вино. Тща­тельно соблюдая пропорции, Мария получила пур­пурный прозрачный сок из ягод и цветов. Потом она добавила в горячее вино листья, а когда оно осты­ло, перелила его в керамический кувшин. Закончив, девушка сложила вещи и вышла в яркий полдень.

Ниже по течению реки Мария нашла лодочный двор, где черным варом смолили лодки. У нее хва­тило денег, чтобы купить небольшую весельную лодку, аккуратную и легкую.