Приключения в галактике

Не существует обстоятельств, при которых человек может быть лишён этого права, за исключени­ем устранения явной угрозы лишения права на жизнь другого человека. Таким образом, последнее высказы­вание господина депутата, звучавшее как «так скоро и расстреливать начнут», является необоснованным.

Селина Уоткинс провела рукой по лбу и покачала головой. Она Устав читала и ожидала такого развития событий. Вот из-за таких типов, как Доупфет, в ГГС к правозащитникам и относятся как к мошенникам и лицемерам. И если бы эти агрессивные популисты хоть что-нибудь понимали в том, что говорят! Получат за­дание из «тени», откроют умную книгу в произвольно выбранном месте и бросаются громкими фразами, выр­ванными из контекста. Или, что ещё хуже, начинают придумывать сами. А ей приходится расхлёбывать всю эту «кашу». И повлиять на них трудно: демократия ведь, свобода слова! Массы слушают не того, кто говорит умнее, а того, кто кричит громче и злее. Приходится терпеть и обвинения в нерешительности… И так будет продолжаться, пока не кончится срок её полномочий или пока она не докажет, что за этими «правозащитни­ками» стоит мафия… Но этот случай она так не оста­вит.

Высший Исполнитель тем временем продолжал:

— А что касается ограничения отдельных прав че­ловека устными распоряжениями Исполнителей, то я бы хотел бы узнать от господина депутата хотя бы об одном случае, когда указание не являлось адекватным ситуации. Прошу вас, господин депутат. Назовите та­кой случай.

Вместо ответа Доупфет протёр лысину носовым платком и сел.

Он соединил ладони «шпилем» и положил руки на стол. Коробов понял, что он закончил.

— Мы приносим свои извинения за отступление от темы вашего выступления, адмирал, — обратился он к Кэттону. — Пожалуйста, продолжайте.

— Итак, в ходе проверки деятельности центральной лаборатории сектора Кристалис комиссией были изъя­ты некоторые зашифрованные документы. Большая часть из них уже расшифрована, и в данный момент установлено, что эти материалы были похищены из лаборатории доктора Хайти…