Приключения в галактике

Ты ведь обещал натравить Ас­социацию на ГГС.

—   Я обещал попытаться, — возразил Волошский.

— Но вы ведь знаете Фуллера. Он не любит воевать…

— Знаю я вашего Фуллера! — взорвался Аффенш­терн. — Ты мне объясни популярно, почему этот недо­носок Химмельштейн проголосовал за мир, чёрт возьми? За что мы тебе платим?!!

— Я сделал всё, что мог, — Волошский даже не от­вёл глаз.

Аффенштерн вроде бы выговорился и переводил дух.

— Ты сделал не всё, что мог, Ефимыч, — проворко­вал Сафаров. — Мы видели плёнку. Ты вместе с Джей­кобсом унижал Химмельштейна. Ты мог использовать ошибку Фуллера, и теперь мы бы здесь не думали о спа­сении своих задниц, а делили бы мир. Так-то, Ефимыч.

Волошский не нашёл, что ответить, и применил пос­ледний аргумент.

— А пошёл ты, — ответил он. — Посмотрел бы я на тебя на моём месте…

Браун включил индивидуальное соединение с Аффенштерном.

— Сделайте же что-нибудь! У них уже сдают нервы! Так они скоро друг другу в глотки сцепятся!

Тот отреагировал быстро.

— А ну заткнулись оба! Живо! Что вы себе вообра­зили?! Нам же вместе воевать! Когда победим, хоть съешьте друг друга! А сейчас… — и он красноречиво на каждого посмотрел.

Сафаров и Волошский замолчали, но продолжали сверлить друг друга глазами.

— А теперь извинились друг перед другом.

Повисло молчание.

— Ну!

Казалось, воздух наполнился электрозарядами. И тут грянул гром.

— Оглохли оба?! — Аффенштерн шарахнул пудовым кулаком по столу.

Сафаров заговорил первым.

— Прости, Ефимыч. Я знаю, ты нам сильно помог. Я не должен был так говорить… Нервы уже не те, а тут такое… Прости, пожалуйста.

Волошский с тем же выражением лица кивнул.

— Ты тоже извини, Айзек. Не сдержался я…

— Так-то лучше, — буркнул Аффенштерн. — Слу­шаю ваши предложения, господа.

«Господа» некоторое время молчали.

— Мы не можем сидеть сложа руки. Капелло рас­скажет ГГС о Магнето-11, — заговорил Сафаров, по­смотрев в каждый квадрат на мониторе. — Вы должны вносить предложения.

— С удовольствием тебя послушаем, — сказал Браун.

Сафарову ответить было нечего, но его предыдущая реплика достигла цели.