Приключения в галактике

Эшли многозначительно кивнула.

— Вице-адмирал сначала повернул руку ладо­нью вверх, а затем опустил её. Похоже, у него пропал дар речи.

— По-хорошему ничего хорошего от него не добь­ёшься, — ответила Эшли и повернулась к охране.

— Приведите его в чувство.

Охранник пнул Капелло носком ботинка. Тот заше­велился и застонал… А затем глаза бывшего намест­ника приоткрылись…

Момент для перехвата контроля сознанием был просто идеальный, и Эшли не преминула им восполь­зоваться.

— Что ж, настало время подвести черту, — Испол­нитель Звёздных Крыльев задумчиво посмотрела в ил­люминатор. — Наша миссия здесь закончена, и слава Богу. Редко удаётся проводить такие операции без по­терь.

Гусев кивнул. Допрос Капелло закончился две ми­нуты назад и расставил всё по своим местам. Лабора­тория на Цианрок-20 была единственным местом, где проводились исследования телепортатора, и единствен­ный экземпляр оказался в руках ГГС! Редкостная уда­ча, на фоне которой даже присоединение сектора Ци­анрок казалось чем-то второстепенным. Эшли была убеждена, что дальнейшее исследование транспрост­ранственных каналов даст ГГС ключ к мировому гос­подству. А если совместить это с уже имеющимися раз­работками в области биоэнергетики… От такой власти голова может пойти кругом… Не у Исполнителя, ко­нечно.

Несомненно, Он будет доволен. Нужно возвращать­ся на Тессу и приступать к исследованиям. А что до нового сектора…

— Переговоры с новым наместником я предостав­ляю вам, — сказала Эшли Гусеву. — Действуйте по ва­шему усмотрению. Я возвращаюсь на Тессу.

Вице-адмирал приложил руку к козырьку. Уж он-то позаботится о том, чтобы сектор навеки остался за ГГС. Сам же он, скорее всего, станет начальником сектораль­ного управления ГГС — должность, о которой он дав­но мечтал (о чём Эшли было известно). А теперь… чуть не забыл.

— Ваше превосходительство! Какие указания будут насчёт остальных двух? Несомненно, один из них вам уже знаком.

Эшли обернулась.

— Знаком? Продолжайте.

— Это Томас Джеральд Снайпс. Три с половиной года назад он был приговорён Трибуналом Исполни­телей к двадцати пяти годам каторги за предательство.