Приключения в галактике

Тома действитель­но прятали! Но от кого?

Снайпс бесшумно вышел из комнаты и на цыпочках пошёл к выходу. До лестничной площадки оставалось около двух метров, когда Том услышал звук работаю­щего лифта и чей-то топот на лестнице. Снайпс спря­тался за угол, когда двери лифта распахнулись. Но вме­сто шагов выходящего человека Снайпс услышал мягкий шорох… Как при падении мешка с песком.

Топот приблизился, затем прекратился. Том услы­шал шарканье шагов и шелест. Кто-то что-то тащил.

Самого человека Том не видел, но по тени понял, что тот вооружён чем-то длинным — возможно, вин­товкой, — и что человек стоит спиной к входу в кори­дор, наклонившись над чем-то на полу.

Тогда Снайпс понял, что лучшего шанса у него не будет. Он бесшумно вышел из-за угла, и для приня­тия решения ему хватило доли секунды после увиден­ного…

Верзила в форме Гвардии Наместника (которая ка­залась на три размера меньше, чем нужно), стоявший над телом человека в белом халате, видимо успел заме­тить тень Снайпса и чуть повернулся, и это спасло ему жизнь: статуэтка скользнула по черепу, рассекая кожу, и здоровяк был лишь оглушён на какую-то долю се­кунды (удар всё-таки был силён). Этого времени Снай­псу хватило, чтобы ударить ещё раз — по лбу, и грома­дина без сознания растянулся на полу. Плазменная винтовка оказалась под его массивной тушей.

Человек в белом халате был мёртв: в его спине зияла сквозная дыра. Вокруг неё расплылось огромное крас­ное пятно. Покойник лежал ничком, и лица Том не уви­дел. Подняв глаза, Том обратил внимание на дыру в стене кабины лифта и понял, что человек хотел спас­тись от нападавшего… или на падавших… и не успел. Видимо, стрелок не был уверен, что поразил цель, и решил в этом убедиться.

Том с трудом вытащил винтовку из-под верзилы. Какая тяжёлая… У Тома от досады чуть не потекли слёзы. У него только одна рука, и стрелять он не смо­жет. Хотя некоторые смогли бы.

Кроме всего прочего, адмирал Кэттон славился уме­нием стрелять из винтовки одной рукой (без разницы, правой или левой) навскидку (!), причём он никогда не промахивался.