Приключения в галактике

Может, даже из-за необычного для Исполнителя Звёздного Ветра тона… Какое-то нехорошее предчувствие…

Однако лучше Кэттона не злить и встречу не откла­дывать. Наместник, решив, что ожидание неприятнос­тей хуже самих неприятностей, перекрестился и дого­ворился о встрече на следующий день. Как ни странно, Кэттон не возражал.

Торкс был изрядно озадачен. Исполнитель Кэттон учится дипломатии? Но это просто смешно. Ему что- то нужно? Но если так, то почему не требует, не прика­зывает? Совсем на него не похоже. Торкс ведь уже три года как на «крючке» у ГГС…

Наместник так ничего и не придумал.

Начало встречи было также неожиданным. После тра­диционного (но не характерного для Кэттона) обмена любезностями начался странный (по мнению Торкса) разговор. Кэттон, вопреки обыкновению, не стал немед­ленно переходить к делу, а предпочёл перекинуться с Торксом парой незначащих фраз. Что-то здесь не так. У Исполнителя много свободного времени? Нет уж. У Кэттона сейчас постоянная головная боль в связи с пиратс­кими налётами. Не подозревает ли он его, Торкса? Но с подозреваемыми в ГГС так не разговаривают. И как будто ничего не было три злополучных года назад…

Наместник чувствовал, что он окончательно сбит с толку. Наконец он спросил осторожно:

—  Чем обязан столь высокой чести?

Кэттон чуть усмехнулся. Он вспомнил события трёх­летней давности.

— Три года назад (Торкс похолодел) вы оказали нам неоценимую услугу при раскрытии дела о нападении на лабораторию Хайти…

Торкс сразу напрягся и не нашёл, что сказать. Впро­чем, это от него и не требовалось. Кэттон продолжал без паузы:

—  Недавние события вынудили нас вернуться к это­му делу. Вам, конечно, известно о налётах неуловимых пиратов…

Это не было вопросом, но Торкс всё равно кивнул.

—  Наряд планет. По нашим сведениям, в руках Вильмана оказались некоторые материалы, которые могли бы быть нам полезны. Я бы хотел взглянуть на них, если вы не возражаете.

Торкс выразил некую смесь облегчения и удивления. Кэттон просит его об одолжении? В этой жизни может произойти всё, даже то, что казалось невозможным.