Посланники Андриолы

Как только мы сели на Озру, мои зверьки исчезли и потом весь этот ужас перепутал все, я пытался отыскать их сам, но неудачи преследовали меня.

Дой-Ток и Дой-Ара знали, что за человек — Рон-Ум И что он значил в их судьбе. Установилось неловкое молчание и никто не хотел первым нарушить его. Эль-Ней ждал появления своей матери на Озре еще к началу расследования, но вот уже секрет раскрыт, а она все медлила.

Ил-Нея появилась среди озадаченных поселенцев Озры как всегда неожиданно и вовремя. Едва серебристый туман обозначил контуры материализовавшихся фигур после межпланетной телепортации, Эль-Ней уже узнал мать и ее ученицу с планеты Ырфа. Синтезированный запах смерти, который сделала Ил-Нея, позволил ученым появляться в гуще разъяренных животных и не подвергаться опасности. Были установлены количества погибших животных, и самое страшное теперь было не в самих убийствах животных, а в быстроте, с какой трупы поражали болезнетворными остатками оставшихся в живых. Почти во всех водоемах плавали трупы. Вода стала причиной гибели всего живого. В общем пошла цепная реакция, и маленькому отряду людей необходимо было со всем этим справиться. Ил-Нея как всегда взяла инициативу на себя, все ей повиновались беспрекословно. Все из техники, что возможно, было отдано Мех-Дину на переделку. Все роботы были мобилизованы на утилизацию трупов, доставку их в каньоны деревьев — санитаров планеты Озра. Биороботы определяли движение обезумевших от убийств групп животных. «Деревья смерти», как назвали их представители Андриолы, в этот период получали огромное количество жертв и так увеличили свой рост, что стали высоко подниматься из своих ям-каньонов, что значительно изменило ландшафт местности. Ранее каменистая равнина целиком просматривалась до самого горизонта, теперь это были заросли гигантских деревьев, с листьев которых при дневной жаре крупными каплями падали на каменистую почву ярко-красные сгустки. Так что камни вокруг всей кроны окрасились в темный цвет. Роботы анализаторы приносили тревожные вести: в среде, смоченной соком деревьев, стали размножаться невиданные доселе насекомые кровопийцы, теперь они не довольствовались тем соком, что дерево сбрасывало само, они нападали на его листья и тянули из него с невероятной прожорливостью.