Посланники Андриолы

Огородами прошли к высокому берегу реки, где их ждали и проводили к лазу под самым берегом. Очутившись в подземном переходе, сопровождающие зажгли факелы и так, освещая дорогу, все четверо вскоре очутились у кованой двери. За дверьми Матвея и Михаила ждала настоятельница и со всеми предосторожностями они прошли в часовню. Там в тишине настоятельница отдала Матвею несколько писем и небольшие средства для малыша. Затем отдала спящего младенца и проводила до подземного хода. Михаил с сыном давно спали, а Матвей все стоял на коленях перед образами и молил господа о милости. Судьба двух Михаилов была в его руках, а он не смог сохранить бумаги и средства на их жизнь. Он вспоминал тот сундучок, что забрали болота, и горечь обиды за свою оплошность не давала ему покоя. Так он и не заснул в эту ночь. Поутру их ждала почтовая карета, которая увозила скитальцев с их родины в неизвестность.

Деньги были почти на исходе, когда они постучали у дверей дома старого графа в Неаполе. Их долго не пускали, но настойчивость Матвея и слезы уставшего от дороги малыша разжалобили слугу у дверей и их впустили- Затем старый граф сам вышел взглянуть на них и, только узнав Матвея, с большим трудом поверил своим глазам. Письмо бабки Марфы, так помогавшее Матвею в дороге все эти 19 лет, и сейчас явилось той каплей, что заставило старого графа и его жену выслушать рассказ Матвея и поверить ему.

Так одинокие граф и графиня в один день обрели и внука, и правнука. Те двое спали в комнате для гостей, еще не зная о случившемся. Весь вечер и всю ночь Матвей рассказывал графу и графине об их скитаниях. Все трое плакали, не стыдясь слез, и лишь утром Матвей заснул. И снова ему снился сон и снова белокурый великан с рубиновыми глазами протягивал ему тот свиток, что писала Марфа своему Рене, и тот медальон с ее портретом, что они надели на мертвого ребенка Анны. Матвей даже застонал, как эти вещи были необходимы для Михаила и были утеряны навсегда. Матвей сжал кулак, и что-то хрустнуло, отчего он проснулся.