Галактические воины

—  Что за невезение! — закричал Хогенхард, подбегая к распластавшемуся на по­лу телу девушки. — Сначала появляются эти чужестранцы, прибывшие неизвестно откуда и неизвестно с какой целью, а теперь еще и Тимера выступила против меня!

—  Не забывай, кто она такая на самом деле, — попыталась успокоить вождя Го­ловастых Зебуния.

—  Да, да, я об этом помню и всегда бу­ду помнить, но до поры, до времени, пока она сама не принесет мне меч власти.

—  Сейчас ее нечего бояться, — снова произнесла Зебуния. — Когда она про­снется, то снова будет под моим заговором и ничего не вспомнит о событиях послед­них дней. Я постараюсь, чтобы мои чары не ослабели. Я близка к раскрытию тай­ны меча бывшей правительницы Валонии, и, возможно, скоро нам не понадобится помощь нашей воспитанницы.

—   Ты мне это твердишь уже семнадцать лет! — гневно закричал Хогенхард. — Но у тебя за все это время ничего не выходи­ло. Мы по-прежнему не можем овладеть мечом, хотя он находится у нас, и мы мо­жем на него смотреть сколько угодно…

—   Однако за все это время, мой пове­литель, ты и без меча Тимераны, матери нашей воспитанницы, успешно справлял­ся с ролью правителя Верхнего и Ниж­него Валонов. Но не будем ссориться, мой господин. Это только будет на руку на­шим врагам. Ты же знаешь, что я всегда предана тебе и всегда стремилась к тому, чтобы тебе было легче управлять Вало- нией…

—   Да, да, — согласился Хогенхард, — ты действительно моя самая верная и пре­даннейшая помощница. Без тебя я бы не смог стать таким великим и могущественным императором.

Однако ты не думай, что я ничего не делаю, чтобы укрепить свою власть. Как только Тимера проснется, я приглашу всех моих оставшихся гвардейцев и вер­ных солдат ко мне в секретную лаборато­рию.

Рэйнджеры силы, Альфабет, Эроу и Фэтью, облетев почти всю планету Верх­него Валона, не смогли найти Тимеру, ко­торая так нужна была Джейсону.

—  Зачем тебе она? — спросил Фэтью. — Она же — командующая войсками Голова­стых, от нее ничего хорошего не стоит ждать.

Джейсон ничего и не ответил толстяку, как впрочем, и не прояснил ситуацию сво­им друзьям.