Галактические воины

Тимера, изобразив на лице недовольст­во, покачала головой, но потом, махнув ру­кой, произнесла:

—  Ладно, я не буду об этом докладывать Хогенхарду. Однако ты должен дать кое- какие обязательства.

—  Да-да, моя госпожа, что же от меня требуется?

—  О моем появлении здесь не должна знать ни одна живая душа. Я хочу здесь все осмотреть незаметно, чтобы никто и не до­гадался о моем присутствии.

—  Хорошо, хорошо, — начал понемно­гу успокаиваться охранник, — я буду нем, как попавший на допрос повстанец.

—  А теперь покажи мне дорогу к руд­никам и расскажи, как незаметно обойти все посты.

—  Будет сделано, моя повелительница…

Узнав обо всех интересующих ее дета­лях, Тимера двинулась в путь.

—  Теперь посмотрим, кто нам лжет, ус­мехнулась она, — этот чужестранец Джей­сон или Хогенхард?

Первая же увиденная ею картина поко­лебала веру Тимеры в Хогенхарда…

Затаившись в траве у дороги, Тимера видела, как солдаты вели длинную верени­цу рабов, постоянно подгоняя их пинками и ударами дубинок.

—  Двигайтесь быстрее, рабы!.. Доходя­ги немощные! — кричали охранники, на­граждая бока и спины едва передвигающих ноги людей тумаками.

Тимера видела, как после очередной «на­грады» солдата в изнеможении упал старик.

—  А ну, встать! — рявкнул на него Голо­вастый.

—  Воды, воды, я не пил и не ел два дня, — чуть слышно прошептал старик, безуспеш­но пытаясь подняться.

Огромный солдат согнулся над стари­ком, рывком поднял его и сжал своими мощными ладонями, на которые были натя­нуты металлические перчатки с острыми шипами. У старика затрещали кости, он от­крыл рот, силясь что-нибудь сказать, но у него получился лишь один немощный хрип.

Головастый, приподняв несчастного, бро­сил его в ров, наполненный водой.

—  Помогите, помогите! — чуть слышно закричал старик, захлебываясь и пуская пузыри.

Солдат самодовольно засмеялся:

—  Ну, что, нравится тебе водичка?

К бедняге на помощь тут же бросилось двое людей из числа конвоируемых рабов, но их отогнали от воды дубинки охранни­ков…

Старик так и не выплыл из рва, он за­хлебнулся и пошел ко дну.