День Юпитера

Неужели…

—    Слушай, Николай,— сказал я,— свози-ка меня туда. Время у нас есть. Я в курсе дела. Иван Федотович говорил мне о доме. Хочу тоже одним глазком взглянуть.

—    Хорошо,— кивнул шофер.— Это почти по дороге в аэропорт, чуть левее только. Будет сделано.

—    Машина свернула в какой-то проезд, потом еще раз, еще… Я следил за табличками с названиями улиц: Халту­рина, Краснозвездная, Степная.

—    Проскочили, черт!— ругнулся Николай и резко при­давил тормозную педаль.— Придется вам чуть назад вер­нуться. Первый поворот налево.

—    Я вышел и с каким-то непонятным чувством направился к месту, где^ меж двух красноватых кирпичных домиков начиналась улочка. Вскоре я смог различить название ее на табличке. Точно. Не ошибся. Предположение мое оправ­далось.

—    Улочка была короткой, она полого кренилась в низину и обрывалась в пыльных лопушьих зарослях. Я прошел ее от начала до конца и под недовольный гогот шастающих среди лопухов гусей стал возвращаться. На стенах уютных одноэтажных коттеджей с мансардами черной краской бы­ли выведены фамилии жильцов: дом номер три — Кубт рак И. Т., номер пять — Дзюбенко А. Ф., номер семь — Кубрак Е. Т.

—    Номер последнего дома был семнадцать — мое счаст­ливое число. На основной магистрали я остановился и за­курил. Было очень славно стоять вот так, затягиваясь сла­бым, профильтрованным дымом, и любоваться тихим окраинным уголком большого города. А точно так же стоял здесь несколько часов назад некто Булыгин, семидесяти двух лет. Стоял и разглядывал эти симпатичные, будто диснейлендовские домики, над крайним из которых свети­лась под неярким солнцем узенькая полоска белой эмали­рованной жести с ровными темными буквами —«Улица кохання». «Улица любви». Вчера он случайно увидел ее на плане города, а сегодня придумал версию о смотринах дома и побывал тут. Стоял. Смотрел. И тоже о чем-то думал. Целых десять минут.

—    Рабочий день близился к концу, когда в красный уголок вошла секретарша и сказала, что меня просят к телефону.