День Юпитера

—    Как твоя мечта стать летчиком?

Игорь машинально повернулся, чтобы ответить, и… растерялся от близости ее глаз. Оттуда, из детства, они смотрели настороженно и немного подобострастно. А те­перь… совсем-совсем рядом блестели незнакомые карие глаза, в которых он неожиданно рассмотрел себя.

—   Летчиком тоже стану,— сказал Игорь, отводя взгляд.— Но это не будет моей основной профессией.

—    Как это так?— не поняла Таня.

—    Очень просто. Знаешь, когда дядю Васю попрекают тем, что он холостяк, он шутит, что работа — это его жена, а рыбалка — любовница. Так же и для меня. Я поступлю в аэроклуб, и профессия пилота будет для меня чем-то вроде, ну…— Игорь замялся на мгновение, ибо ужасное слово, так просто слетевшее с языка, когда дело "касалось дяди Васи, теперь словно прилипло к нёбу. Он лихорадочно подыскивал замену, но так и не найдя ее, усилием воли за­ставил себя выдавить:— Ну, любовницей, что ли.

—    А кто же в таком случае жена?

—    Астрономия, Таня.

—    Я не поняла,— с деланной серьезностью сказала она.— Астрономия или какая-то Таня?

И не в силах притворяться, звонко хохотнула. Игорь покосился на нее. На щеках проступили маленькие ямочки, ресницы сомкнулись, защищая глаза от жгучего света, и он с радостью подумал, что, в сущности, это та же хорошо знакомая девчонка, разве что переодевшаяся во все взрос­лое для какой-то интересной игры. Растерянность, нелов­кость, скованность — все вмиг исчезло.

—   Теперь я на распутье,— пошутил он и, встретив Та­нин взгляд, смело добавил:— Обе они прекрасны.

—    Вот уж не думала, что дрянной мальчишка, таскав­ший меня за косички, научится говорить комплименты,— сказала она.— И зачем я только лезла в шторм спасать че­ловека с такими буржуазными наклонностями! Другие на заводах работают, а он звездами любоваться хочет. Без­дельники астрономы, вот они кто.

—    Не нужно так шутить,— довольно резко произнес Игорь.— Уж кто-кто, а астрономы всегда славились геро­измом.

Тоже мне, герои,— скептически протянула Таня.— Вот твой дядя, например.