День Юпитера

Он чувствовал себя запертым в просторной комнате, окно которой задрапировано синей ширмой. Такое ощущение Игорь все чаще испытывал в последнее время. Днем он видел только ничтожную часть мира, и это дей­ствовало до странного раздражающе. Зато ночью… Ночью вспыхивало беспощадное великолепие Вселенной, и для души, потрясенной однажды мерцающим зовом галактик, дневная синь неба стала мраком.

Солнце, думал Игорь, заурядная звезда, именуемая желтым карликом, ты, давшее нам жизнь, прости меня за то, что мне иногда неприятно твое присутствие. Прости за эту несправедливость. Мы летим по Вселенной, летит вся наша система, туда, к созвездиям Лиры и Геркулеса, со скоростью двадцать километров в секунду, а ты мешаешь нам видеть Галактику. Твой свет давит на мое тело с силой в полмиллиграмма, но тяжесть, обрушенную тобою на мое сознание, не измерить и тоннами. Прости еще раз, но иногда я проклинаю тебя.

Игорю неодолимо захотелось поскорее оказаться в центре яркой крымской ночи и смотреть, смотреть на небо, в котором пока еще безвестный и невидимый затаился ОН. Пока еще просто ОН, две обыкновенные заглавные буквы — «О» и «Н». .

Крупная рыба шумно плеснулась в бухте, на миг ее се­ребристая чешуя сверкнула над водой. Как вспышка новой звезды, подумал Игорь. Точно так же было, когда он при­езжал сюда с отцом. И ведь совсем недавно — они сидят на этой же самой гальке, отец рассказывает про Испанию, и вскользь упоминаемые им названия мест героических боев восстают среди каменного уединения, слтэвно памят­ники солдатскому подвигу. Харама, Гвадалахара, Брунете, Теруэль… Вокруг нас враги, говорил отец, ты, Игорек, дол­жен готовить себя к схватке. Фашизм вещь гнусная, но и серьезная. Запомни это, мальчик. Твоему и моему поколениям придется защищать страну, и надо всегда быть начеку.

После этой беседы, беседы на равных, как мужчина с мужчиной, Игорь еще раз решил, что непременно пойдет в аэроклуб, а для начала стал регулярно заниматься спор­том. Астрономия осталась основным увлечением, а спорт дополнял ее, придавая уверенность и мужество. Через не­сколько месяцев после этого разговора началась война с белофиннами.