День Юпитера

Женя смутилась. Сама не зная почему, но она стесня­лась своих веснушек. Ни у кого из знакомых девушек они не проступали столь обильно.

—    Наша Голубка — молодчина!— похвалил взвод­ный.— Многих мужиков обставляет как…— он долго под­бирал сравнение, однако так и не подобрал и стал сверты­вать цигарку.

—    А вот скоро Благовещенье пресвятой богородицы. Интересно, в тылу там работать-то будут? В мирное-то время праздновали,— Андрюша еще раз вздохнул, и теперь уже мечтательно продолжал с упоением:— Эх, сколько праздников пропадает из-за этой проклятой войны. Восем­надцать штук в год теряем.

—    Девятнадцать,— подумав, буркнул взводный.

—    Никак нет, восемнадцать,— возразил Андрюша и глянул на начальство свысока.

;— Девятнадцать,— обронил взводный, думая уже о чем-то своем.

—    Никак нет, восемнадцать.

—   Давай, считай вслух, чего языком мелешь-то,— за­гудели солдаты.

—    Давай, давай,— благодушно кивнул взводный.

Женя сидела на упавшем дереве, опираясь спиной

о высокий пень, и слушала их пререкания. Первое свое дело на войне она исполнила исправно, и, если эти тоненькие проводочки, что они протащили столько гнилых верст, хоть чуточку помогут, то уже этим можно будет гордиться. Сейчас они передохнут, и связь будет устроена.

Разговор у солдат шел уютный, мирный, домашний, Женя закрыла глаза, вызвала в зрительной памяти картины своей довоенной жизни, и даже махорочный чад показался ей славным и вкусным.

—    Ты забыл второй день праздника Сошествие святого духа,— не открывая глаз, сказала Женя.— Забыл ведь?

 

Андрюша вскинул брови и сконфуженно развел руками, отчего опертая на предплечье короткостволая винтовка упала наземь.

—    Ты ружье-то подыми,— укоризненно сказал взвод­ный.— Не смотри, что оно японское. Хорошая штука, бьет наверняка. И не церковные праздники считай, а бога бла­годари, что он тебе на всю войну праздник сделал. Потому как ты в команде связи. Тыловой команде. Это тебе не пе­редовая. Уже, может, лежал бы давно в земле под шинель- кой-то,— он повернулся на запад и дернулся, судорожно перекрестившись.— Пошли дальше.