День Юпитера

Взял чистый лист бумаги, бережно положил его перед собой и обмакнул перо в чернильницу.

«Братья!— вывел он сверху по центру листа и продол­жил ниже с красной строки.— К вам обращаемся мы! К вам, которым выпал счастливый жребий остаться в живых. Оглянитесь вокруг! Нет нас рядом с вами. Нас, тысяч и тысяч ваших боевых товарищей, с кем вы делили махорку и хлеб, с кем шли плечо к плечу на огонь германских пуле­метов. Мы тоже хотели жить, видеть солнце, ласкать детей и любить женщин. Но мы полегли в сырую нарочанскую землю. За что — спрашиваем мы вас и себя? Нас убеждали, что мы защищаем родину, своих матерей, детей и сестер. Нет, братья! Нас обманывали и обманули^аже перед лицом смерти. Помещики, торгаши и другие капиталисты давно готовили эту войну, а мерзавец царь и глупцы генералы по­могли им развязать ее. Но они дерутся не сами, а нашими руками, братья! Простым людям России и Германии, оде­тым в солдатские шинели, нечего делить между собой. Нам, простым людям, нужен мир, чтобы разделаться с ними и начать строить новую жизнь.

Из братских могил обращаемся мы к вам. Опомнитесь, братья! Оборотите ваши штыки назад, в сторону настоящих врагов ваших…»

О стол звонко разбилась упавшая с потолка капля, и мельчайшие брызги ее окатили щеку Шуберского холо­дом. Течение мысли оборвалось, и он, прикусив губу, заду­мался. Что дальше? Круталевич? Да, пожалуй. Оставить путиловца при канцелярии и дать эту рукопись. И чтобы знал, как поступить, если командиру полка не суждено бу­дет вернуться. Да, пожалуй.

И он снова склонил голову к бумаге…

Хроника. Подполковник Шуберский не знал, что примерно в это же время Владимир Ильич Ленин под впечатлением разыгравшихся у Вердена ожесточенных боев вновь и вновь перечитывал манифест состоявшейся в ноябре 1915 года в Циммервальде международной конференции социа­листов, который он подписал от имени партии. В Центральном партийном архиве хранится экземпляр Циммервальдского манифеста с пометками Ленина. Особо он выделил следующую фразу: «Нет таких жертв, нет таких тягот, которые были бы слишком велики для достижения этой цели: мира между народами».

Поставив последнюю точку, Шуберский вчетверо сло­жил лист, заклеил его в конверт и опустил в карман шине­ли.