День Юпитера

«Царь прибыл в Могилев в 2 ч. 45 мин. дня, выехав от нас в Царское село в 4 ч. дня 1 марта. Как только он пробыл в штабе минут десять, в аппаратную принесли, без единой поправки, общую директиву, составленную Алексеевым, заранее зашифрованную и только моментально доложен­ную им царю, который все и одобрил».

Пунктом девятым этого документа был определен и срок начала главного удара — восемнадцатое марта.

Командир двадцать первого корпуса десятой армии ге­нерал Гутьен провел беспокойные сутки. Командующий армией Эйхгорн созвал вчера у себя в Вильно совещание.

Прежде всего Эйхгорн зачитал приказ командующего второй русской армией о наступлении и вовсе не ко времени широко осклабился, довольный произведенным на присут­ствующих эффектом. То, что русские деятельно готовят мощный удар, было известно давно. Последние недели авиаразведка постоянно- засекала крупные передвижения войск, серые колонны которых отчетливо просматривались на фотографических снимках. Один из летчиков даже не удержался, нарушил приказ и целиком посек из пулемета какую-то маршевую роту. Новобранцы, они и обучены-то не были укрываться от воздушных атак. Но вот копия све­женького приказа — это крупный успех разведки. Не уда­лось России, думал Гутьен, спешно перестроиться с не­мецкого на свой, русский лад, германские корни пущены в этой огромной стране глубоко. Совещание завершилось после полуночи, но оставаться на ночлег Гутьен не стал — не до сна было — и сразу же отправился в обратный путь. Всю Ночь он трясся в автомобиле, сопровождаемый грузо­виком со взводом охраны, и лишь к рассвету вернулся в Кобыльник.

Температура стояла уже плюсовая, снег начал таять, но часовые, охранявшие штаб, по-прежнему были обуты в ва­ленки. Эта обувь долгие месяцы ласкала генеральский глаз. Вывоз валенок из России не был воспрещен, и германское интендантство, готовясь к зимней кампании, закупило в нейтральных странах более миллиона пар, экипировав весь Восточный фронт добротными изделиями московских, петербургских, рязанских да киевских фабрик. Русские рабочие и знать, конечно, не знали о том, что в поте лица снаряжают солдат кайзера, стреляющих в их братьев.