День Юпитера

Объединение уже вошло с ходатайством.

—    Буду иметь в виду,— сказал он и бросил взгляд на удаляющуюся плотину.— Идемте, за здоровье Геннадия Васильевича…

—    За здоровье Геннадия Васильевича «идти» я не хотел, но посидеть в компании был не прочь. Мы возвратились в салон.

—    А все-таки вашего главбуха нужно убирать,— заме­тил Битяй, наблюдая, как снабженец наполняет рюмки.— Страшный он путаник. Чтобы поставить на места все, что он наворочал по статьям затрат, нам с Анатолием Алек­сандровичем надо сидеть у вас не меньше трех месяцев.

—    Подвыпив, компаньоны мои преступили уже известную грань, и в каждом из них проснулся важный государствен­ный муж: начались разговоры на «серьезные деловые» темы.

—    Значит, наш план остается в силе,— зам. начальника хищно сверкнул золотой фиксой.— Как вы и говорили, нужно внести в приказ пункт: «Рассмотреть вопрос о соот­ветствии занимаемой должности».

—    Не так,— возразил Битяй.— Если бы речь шла о начальнике производственно-технического отдела, то да. А главный бухгалтер не ваша номенклатура, а объединения. Мы с Анатолием Александровичем запишем: «Начальнику управления внести предложения о соответствии главного бухгалтера занимаемой должности».

—    Походя решалась чья-то судьба. Мне это было в дико­винку. Но именно мне, видимо, предстояло в будущем и визировать приказ с этим самым предложением. Воз­можно, здешний главбух и в самом деле был олухом царя небесного. Собственно, меня это не интересовало, так как относилось к епархии Битяя. Чтобы не заскучать, я перевел беседу на инженерные вопросы, спросив мнение Петра Григорьевича о новом методе, известном под названием «миланская стена». Оказывается, он об этом и не слыхал ничего, но, когда я стал объяснять суть новинки, главный инженер воскликнул, что это «стена в грунте». Так, благо­даря этой «стене», мы и нашли общий язык. Петр Григорь­евич жаловался на плохое обеспечение автотранспортом, с гордостью сообщил, что достал два списанных автокрана, перебрал их на ремзаводе, и теперь они как новенькие.