День Юпитера

—    Что, подряжался на калым в органы?

—    Пытается подрядиться. Вот итог обсуждения статьи в «Труде». Не забудь пометить это в протоколе, который ты повесил в музее отдела. Плоды просвещения.

—    Не забуду,— Битяй принял свой обычный царствен- но-неприступный вид.— Но прежде другое, пока действи­тельно не забыл. Собственно, ради чего я и поспешил на службу. Послушай, вещь и вправду серьезная. Ты ведь не претендуешь на место начальника отдела?

—    Упаси господь,— усмехнулся я.— Для этого я не подхожу. Уже хотя бы потому, что я не финансист, не бухгалтер и не экономист.

—    Ерунда,— сказал Битяй.— Если у нас в главных технологах кораблестроитель, то тебе и сам бог велел.

—    Не бухгалтер,— повторил я,— и не экономист. На это кресло меня и батогами не загонишь.

—    — Так я и думал,— кивнул Битяй,— хоть мы с тобой на эту тему ни разу и не говорили. Так вот, в чем идея. Давай сделаем доброе дело Павлу Федоровичу. Ему год до пенсии, и этот последний год он должен получать зарплату по­больше: чтобы выйти на максимум. Как ты смотришь, если мы его Сделаем начальником отдела? Это было бы, я думаю, и полезно, и справедливо.

—    Это было бы высшей мерой справедливости,— ска­зал я.— Из всех нас он самый порядочный в служебных вопросах.

—    Вот именно,— Битяй не спеша прошелся по каби­нету.— Значит, надо принимать меры.

—    Они уже приняты,— сказал я.— Павла Федоровича увольняют по сокращению штатов. Утром Боборыкин под­писал бумагу в местный комитет с просьбой дать согласие на его увольнение.

—    Да?— Битяй вскинул брови.— Я знал, что Боборы­кин неплохой мужик, но поросенок в некоторых вопросах. Но вот не думал, что он такая свинья.

—    Мы еще поборемся,— сказал я.— Я уже переговорил с двумя членами месткома, они будут «против», говорил с третьим — он порядочная «шестерка», видимо, проголо­сует «за». Остались еще трое. Все зависит от нас.

—    Битяй не отвечал и продолжал ходить по кабинету, о чем-то размышляя.