День Юпитера

Дело в том, что в следу­ющем году сюда намечается не комплексная, а бухгалтер­ская ревизия, которая, как тебе известно, этих дел не ка­сается. Следовательно, минимум два года трест продолжал бы брать завышенные накладные. Но благодаря твоему приезду лавочка эта отныне закрывается. Пятьсот тысяч незаконных денег в год помножь на два — вот тебе и мил­лион. Живой, реальный. Так или не так?

—    Так,— согласился я.

—    Мне выпало защелкнуть сейф, из которого вот-вот мог сгинуть огромный, как футбольный мяч, алмазный саморо­док. Но случайно рядом оказался я, и безалаберно хранив­шийся алмаз был водворен за броню закона. Мысль об этом приносила удовлетворение. И немалое. Учитывая прежние свои ошибки, я связался по телефону с Александром Ва­сильевичем из Госстроя СССР, изложил ему суть дела в теоретическом варианте, не называя конкретных лиц и организаций, и испросил консультацию. Александр Ва­сильевич сказал, что я абсолютно прав, руководствоваться в определении норм накладных расходов необходимо тем самым постановлением. Он обещал, если случится нужда,- подтвердить телефонный разговор официальным ответом.

—    И вот я который уже день холодно обдумывал, как по­ступить. Проще всего, конечно, было написать ясно, четко и прямо — так, мол, и так, подтвердив суть сказанного об­стоятельными выводами, я, дескать, показал, а вы, кто за это денежки получает, разбирайтесь и принимайте меры. Но сейчас вопрос действительно стоял о пользе дела. И я не был уверен, не мог убедить себя, что принесу пользу, по­ступив именно так. Скорее, наоборот. Пропали два милли­она. Их не вернешь. Пропали потому, что капитальным ре­монтом в отрасли руководят не строители, а механики. Ну, уберут этих механиков и назначат новых. Еще не битых. И этим все сказано.

—    Если жаждешь кому-то наказания, размышлял я,— пиши. Твою писанину, по всей вероятности, попытаются замазать. А как же иначе? Тогда закон последовательности должен продиктовать тебе докладную записку министру, а если и это не поможет,— то бумагу в прокуратуру или Комитет народного контроля СССР.