День Юпитера

—    Сами выберетесь?— спросил он уже более миролю­биво и даже усмехнулся.

—    Выберемся,— сказал управляющий с явным жела­нием скорее распрощаться.

—    Офицер сплюнул и вернулся в свою машину. Регули­ровщик, погрозив нам напоследок кулаком, поспешил за ним. Моторы взревели, и колонна двинулась дальше.

—    Лица моих спутников были бледны.

—    Руду с прииска повезли,— пояснил управляющий, когда мы вышли, чтобы вытолкнуть машину.

—    Нас эта руда могла погубить.— Степан Ольгердович уже воспрянул духом после неприятных секунд и даже пытался иронизировать.— Довольно почетная смерть — треснуться лбом о сокровища страны. Интересно, сколько ее повезли в этом автопоезде?

—    Десятки, а вернее, даже сотни тонн. На несколько миллионов рублей,— сказал водитель, уведший нас от столь великолепной кончины.

—    Про многие миллионы не заливай,— осек его управ­ляющий.— Здесь и в старые времена столько не добывали. Миллиона на два, не больше.

—    И на такую мелочь — такое сопровождение, с той же насмешливостью, одолевавшей его еще до инцидента, проговорил Степан Ольгердович.— Вот у Анатолия в за­писной книжке лежит миллиона полтора денежек, которые вы незаконно выплатили за три года, а караулю его один лишь я. Безоружный, кстати.

—    Мы вытолкнули машину, немного размялись и сели по местам. А ведь он ошибается, подумал я. В блокнотике, что у меня во внутреннем кармане пиджака, сделан трижды выверенный расчет незаконно выплаченного фонда за­рплаты. Не полтора, а два миллиона, ровнехонько два за четыре года. И не нужны бригады следователей по особо важным делам, не нужны батальоны оперативников с ум­ными, тренированными кобелями, нет нужды в хитроумных экспертах, колдующих в напичканных импортными прибо­рами лабораториях, обойдется здесь и без засад, и без следственных экспериментов, и без мудрого усталого пол­ковника, который привык открывать в финале окно и со­жалеть, что отпуск опять откладывается… Пусть отдыхает полковник да нянчит внучат, он заслужил свой отдых.