Большой космос

Еще несколько маневров, и корабль начал вертикальный спуск.

Они пронзили пористые облака, и на экране четко обозначились приближающиеся зеленые массивы леса, широкая долина, пересе­каемая серебряной лентой извилистой реки, несколько озер… Гордон уловил сдавленное дыхание Шорр Кана и понял, что тот тоже волнуется. «Соберись с мыслями. Думай о Шорр Кане, — прика­зывал он себе, — можно ли доверять ему?..»

—     Еще на пол деления влево, — произнес Беррел, выполняя очередную команду. — Стоп!

До поверхности планеты оставалось не более километра, когда Гордон изо всех сил, какие придает человеку отчаяние и сознание, что это его последний шанс на спасение, ударил Беррела, продолжавшего тупо нажимать на кнопки спуска. Нанеся сокрушительный удар, Гордон оторвал руки Беррела от пульта управления. Корабль устремился вниз, со свистом раз­резая воздух. Беррел кричал что-то исступленно и неразборчиво. Но корабль уже ткнулся носом в твердую почву, вся передняя часть корпуса смялась и дала трещины; Гордона подбросило к потолку. Вокруг сжимались в гармошку, рвались, как бумага, металлические переборки и перекрытия.

Первым, на что Гордон обратил внимание, когда наконец опом­нился, была звенящая тишина… Шорр Кан медленно выбрался из- под обломков, вытирая кровь с рассеченного лба. Беррел лежал неподвижно, упершись головой в пульт управления. Охваченный тревогой, Гордон перевернул его на спину, попытался нащупать пульс.

— Мертв? — вырвалось у Шорр Кана.

Гордон пальцами приподнял веко Беррела.

—     Нет, всего лишь потерял сознание. Не думаю, что он так уж плох.

Шорр Кан промокнул рану на лбу платком, который тотчас окрасился в алый цвет.

—     Нам еще повезло. Мы могли вообще отдать концы. — Глаза его загорелись негодованием. — Какого черта, Гордон, тебе взбрело в голову… — И внезапно смолк.

Гордону мало встречалось таких сметливых и сообразительных, как Шорр Кан. Сейчас его взгляд был устремлен на дверь заднего отсека, стена которого ребристо сморщилась, когда корабль врезался в поверхность планеты. Потом он посмотрел на Гордона уже с восхищением:

—     Вовремя ты это… А как сам, все еще в телепатическом контакте с этим мерзавцем?