Большой космос

Его напряженный взгляд остановился на двери, ведущей в задний отсек корабля.

—     Нет. Нам нипочем не схватиться с ним лицом к лицу.

Гордон посмотрел на центральный экран. С головокружительной

скоростью они неслись, пересекая наиболее опасные участки про­странства Границ, загроможденные слепящими Солнцами, мертвы­ми звездами, астероидами и осколками. Шорр Кан, конечно, прав, и все же…

Повинуясь какому-то наитию, не дав себе ни секунды на раз­думья, Гордон бросился к пульту управления и принялся как попало нажимать на различные кнопки, судорожно, и тоже вслепую, пе­реключать тумблеры, вдрызг разбалтывая управление кораблем, приводя все в состояние хаоса.

И корабль словно сошел с ума. Его маневры сделались беспорядочными и бессмысленными, с лихорадочными дергань­ями, дрожью, движение в пространстве — нерегулируемым и слепым… В любой момент его могло вдребезги расшибить о какую-либо из проносящихся мимо глыб.

Беррел и Шорр Кан перекатывались в отсеке от стены к стене, не успевая за что-нибудь ухватиться и разражаясь замысловатой бранью. Они пока ничего не понимали и, ошарашенные действиями Гордона, проклинали его на чем свет стоит.

Но и ххарна, прятавшегося в заднем отсеке, ошеломила и озадачила вдруг начавшаяся тряска. Во всяком случае он ничего пока не предпринимал, чтобы вмешаться в происходящее, и восп­репятствовать намерениям и поступкам Гордона.

Зато Беррел дал волю своим чувствам; безуспешно пытаясь приблизиться к Гордону, он в бешенстве вопил:

—    Вы что, с ума сошли? Или задумали всех нас погубить? Уберите руки с пульта управления! Вы же во всем этом ни черта не смыслите!

—    Это и к лучшему, — спокойно парировал Гордон, — весь смысл моих действий как раз в их бессмысленности. Только так мы можем напугать х’харна, загнать его в угол. Идите ко мне… А Шорр Кан пусть отползет подальше. Нам надо рассредоточиться; не сумеет же этот ублюдок держать в повиновении одновременно три разума!..

Беррел, когда ему все же удалось подойти к Гордону, глянул на экран переднего обзора, и взору его предстала бешеная тряска звезд и ближних Солнц.

—    Но это же самоубийство! Сейчас мы во что-нибудь врежемся…

Но до Шорр Кана уже дошел замысел Гордона.