Большой космос

Однако размеренное течение жизни снова круто перемени­лось, взбурлив новыми фантасмагориями. Лианна, чей голос опять зазвучал в его снах, звала его к себе, убеждала, что это возможно, и она уже обо всем договорилась с Зарт Арном, который совершил еще одно великое открытие и способен перенести землянина двадцатого века в Империю далекого будущего, перенести целиком, с его сознанием, его «я» и его физическим обликом.

Картины, рисовавшиеся Гордону, поражали своей ослепитель­ностью и фантастичностью. Такого не могло быть! И все-таки это было — с ним и при его участии.

Вот тогда-то он, совершенно запутавшийся и изрядно пере­трусивший, после изматывающих раздумий и колебаний, не видя иного выхода, заставил себя обратиться к известному врачу-психоаналитику Кеогу, которого, рекомендовал ему как блестящего специалиста один из солидных клиентов компании.

По мере общения с доктором и успешного, как тому казалось, лечения и по прошествии определенного времени аномальные, так тревожившие Гордона видения стали терять свою яркость, рель­ефность, убедительность и остроту. И, наконец, рассеялись, как прозрачно-легкий туман, оставив после себя, словно отснявший  фейерверк, размытый дым смутных воспоминаний и неясных, за­гадочных ощущений. Гордон все острее осознавал: заведомо нере­альное просто не могло- быть реальным, и его жизнь, войдя в привычную колею, сделалась спокойной и обыденной, такой же, как у всех окружающих. Он больше ничем не отличался от них и не выделялся в общей массе — разве что своими профессио­нальными способностями.

Кеог все более воодушевлялся. Ему пришелся по душе Гордон, который был редким образцом в смысле желания и готовности сотрудничать. Доктор собрал блестящий, выигрышный материал, рассчитывая воспользоваться им в статьях и на конференциях, и ожидал сенсации…

Наконец одним прекрасным майским днем, когда солнце ласково сияло среди небольших облаков, Кеог сказал Гордону:

—     Вы добились значительных успехов, и я вами . очень доволен. Попробуйте полетать теперь на собственных крыльях, без моей регулярной поддержки. Приходите ко мне через две недели.

В тот же вечер Гордон закатил себе королевский обед, потом пошел на спектакль в самом счастливом расположении духа. ‘Воз­вращаясь к себе, он избегал смотреть на бесчисленные звезды, рассыпанные в ночном небе.