Большой космос

Барон прав. Если там ничего не выявится, своей необоснованной и безрезультатной вылазкой мы только взбесим графов, а это может обернуться опас­ными стычками и пограничными конфликтами. Мне думается, луч­ше послать сперва корабль-разведчик с небольшим экипажем и скрытно, тайно обо всем разузнать. Капитан Беррел, вы возглавите этот рейд.

Гордон попросил слова, впервые с начала этого заседания:

—     Я должен лететь с Хеллом. Почему? Обосновываю: за иск­лючением Коркханна, который не создан для такого рода экспе­диций, только мне довелось общаться с одним из этих дьявольских существ. Я уже испытал на себе его штучки и, как видите, уцелел.

Может, я обладаю каким-то иммунитетом в силу своей несхожести со всеми?..

—     Для чего это я не создан? — иронически осведомился Кор­кханн, и перья его возмущенно вздыбились.

—     Простите, я не так выразился. Суть в том, что никто, кроме вас, не способен быть мудрым советником принцессы Лианны, и нельзя допустить, чтобы она вас потеряла. — Гордон всячески старался улестить рассерженного министра.

—     И все же это слишком большой риск, — пробормотал Джон Оллен. — И оправданный ли?.. Я прошу вас лишь об одном… чтобы меня не впутывали в это дело.

—     Ваше беспокойство за судьбу моих подданных глубоко меня трогает, — заметил Джал Арн ледяным тоном.

Барон, словно и не уловив сарказма в словах императора, под­нялся:

—     Я немедленно возвращаюсь к себе, не желая быть замешан­ным во все эти события. Ваше Величество, господа… Разрешите откланяться.

Как только за ним закрылась дверь, Сат Самар не сдержался:

—     Черт бы его побрал! Хотя такие выходки с его стороны никого уже не удивляют. Еще в дни битвы против Лиги Темных Миров, в то время как другие бароны показывали примеры мужества и отваги, этот колебался до самого последнего момента, когда поражение Шорр Кана стало уже неминуемым.

Джал Арн солидаризировался с ним:

—     Да, он чудовищно эгоистичен и осторожен, но из-за стра­тегического положения его владений он необходим нам как союзник, и мы пока вынуждены снисходить к его изъянам.