Большой космос

Кто-то позвал Светса по имени. Он выглянул и увидел посреди комнаты Рону.

— Это хорошо, что ты уже проснулся, — сказала она, улыба­ясь. — Отец и дядя Роки хотят с тобой побеседовать.

Они вышли из комнаты, и Свете снова почувствовал странный мускусный запах.

. Он шел по длинному коридору вслед за Роной. Так же, как и его комната, коридор освещался единственным неярким светильником. В голове Светса теснились вопросы, на которые не находилось ответов. Почему в доме Роны такая темень, хотя у них есть электричество? Почему все спят на закате, а приготовленный странный ужин стоит на столе? И что все это в конце концов значит?

Рона открыла дверь и жестом пригласила его войти. Свете замешкался на пороге: так же, как и коридор, меньшая $омната была погружена в полумрак, а непонятный запах здесь ощущался еще сильнее.

Свете невольно вздрогнул, когда чья-то рука опустилась ему на плечо. Краем глаза он увидел эту руку, и ему стало дурно — ладонь была покрыта короткой шелковистой шерстью.

Мужской бас пророкотал:

—     Входите, мистер Свете. Моя дочь сказала, что вы путеше­ственник и нуждаетесь в помощи.

С порога Свете увидел мужчину и женщину, сидящих на высоких стульях’ без спинок. Оба беловолосые, как и Рона, но волосы женщины от затылка ко лбу пересекала широкая черная полоса. Стоявший за спиной Светса мужчина мягко подтолкнул гостя к столу. Свете долго соображал, как можно назвать цвет его волос, потом решил — пегий. Одна бровь черная, другая — белая, а вокруг левого уха серпом темнела широкая полоса. Рона тоже присела, и Свете, оглядев всех четверых, понял, насколько они похожи друг на друга и как сильно отличается ог них он — Хэнвилл Свете. В душе в него поднимался страх.

Да, они очень похожи: густые белые волосы и брови, черные отметины, узкие черные ногти, широкие плоские носы, очень боль­шие рты с белоснежными острыми зубами, среди которых явно выделялись клыки, подвижные заостренные уши, желтые глаза и поросшие волосами ладони.

Колени у него подогнулись, и Свете буквально рухнул на предложенный стул. Один из мужчин, тот, что был покрупнее, заметил:

—    Сила тяжести здесь великовата для вас. Я ведь прав, Свете, вы из другого мира? Очевидно, вы не совсем человек.